«Благие пожелания без конкретных ориентиров»
Александр Латыев, INTELLECT, – о досрочном погашении требований кредиторов при реорганизации.
Для обновления лекции, посвященной вопросам создания, реорганизации и ликвидации юрлиц, сообразно изменившемуся регулированию, я, наконец, добрался до чтения Постановления Конституционного Суда РФ от 24.03.2026 №17-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 60 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 части 1 статьи 7 Федерального закона от 14 июля 2022 года №292-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации, признании утратившим силу абзаца шестого части первой статьи 7 Закона Российской Федерации «О государственной тайне», приостановлении действия отдельных положений законодательных актов Российской Федерации и об установлении особенностей регулирования корпоративных отношений в 2022 и 2023 годах» в связи с жалобами публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания — Россети» и гражданина Пономарёва Алексея Владимировича».
И был неприятно шокирован.
Шок этот был вызван, в основном, не самим содержанием и итоговым выводом постановления — что при решении вопроса о том, следует ли давать кредитору право требовать досрочного погашения обязательств реорганизуемой организации или нет, нужно учитывать, насколько такая реорганизация создает угрозу для исполнения обязательств перед кредитором. Хотя это и благие пожелания без конкретных ориентиров, погружающие правовое положение кредитора в еще большую неопределенность и ставящие его в зависимость от решения суда, выносимого без внятных критериев и ориентиров, а значит — по произволу суда.
Интересно, кстати, а если все-таки вследствие реорганизации (причинную связь тут, конечно, будет сложно доказать, но все же), при которой суд отказал в удовлетворении требования о досрочном исполнении обязательства, это обязательство все-таки будет нарушено, понесет ли судья или за него — Российская Федерация — какую-нибудь ответственность? Вопрос, полагаю, риторический.
Более того, допущение этой оговорки приведет к тому, что всякий раз при реорганизации появится стимул для реорганизуемой организации не платить. А вдруг суд скажет, что не было достаточных оснований сомневаться в платежеспособности?! С учетом того, что реорганизация затрагивает всех кредиторов сразу, количество споров сразу же и многократно возрастет. И это в ситуации, когда суды постоянно кричат о своей загруженности!
Наконец, никак не решен и вопрос, который буквально лежал на поверхности при рассмотрении дела самим КС: в постановлении описано, как требования одних кредиторов о досрочном исполнении арбитражные суды удовлетворяли, а требование другого кредитора суды общей юрисдикции не удовлетворяли. Понятно, что требования кредиторов разные и потому перспективы их удовлетворения тоже отличаются. Однако в качестве ориентира предложено опираться на финансовое положение реорганизуемого лица в целом. А раз так, разве можно допускать, чтобы в одном деле этот вопрос решался одним образом, а в другом — другим?
В такого рода делах, где обсуждается не столько судьба отдельного требования, сколько в целом имущественное положение должника по обязательству, требуется концентрация процесса — с тем, чтобы вопрос о надежности его финансового положения был обсужден один раз и для всех кредиторов разом, а не в отдельных процессах.
Более того, в деле, рассмотренном КС, вопрос-то был поставлен не о простых обязательствах, а об облигационных, для которых наше законодательство знает инструменты такой концентрации в виде решений собраний владельцев облигаций и их представителей.
Однако этот самый вопрос — вот уж точно требующий конституционного истолкования — как раз и остался без внимания что самого КС, что Правительства, которое месяц назад во исполнение постановления КС внесло в Госдуму совершенно «пустой» законопроект №1342008-8 об изменении ст. 60 ГК РФ, вместо того чтобы подумать на будущее.
Возможность подумать на будущее была у КС, которому нельзя было ограничиваться простым указанием на необходимость учета влияния реорганизации на перспективы удовлетворения требований, а следовало уж тогда дать и ориентиры по тому, как их оценивать, и указать сразу хотя бы на необходимость единообразного решения этого вопроса в отношении одного и того же реорганизуемого должника. Была такая возможность и у Правительства, которое могло не подойти примитивно к указаниям постановления, выполнив их без какой бы то ни было рефлексии, а заранее подумать обо всех последствиях, но сразу же сопроводить изменения в ГК соответствующими изменениями как минимум в процессуальном законодательстве (понятно, что в силу п. 2.1 ст. 3 ГК нельзя включить это в один закон, но как-то не слышно, чтобы одновременно были предложены хоть какие-то изменения в процессуальные законы по этому поводу).
Источник: заметка Александра Латыева, партнера INTELLECT, в блоге на сайте Zakon.ru
Статьи экспертов юридической фирмы INTELLECT >>
Похожие материалы
