О расторжении договоров с обратной силой
Юридическую общественность всколыхнула новость о проекте изменения п. 3 ст. 453 ГК РФ, позволяющем расторгать договоры с обратной силой.
Надо сказать, что если посмотреть на текст предлагаемых изменений, то он весьма слабо (и это еще очень деликатно выражаясь) связан с тем обоснованием, которое дано в пояснительной записке. В последней много говорится о том, что предлагаемые изменения направлены на защиту лиц при существенном изменении обстоятельств, о том, что в результате такого изменения их отношения уже претерпевают неблагоприятное воздействие, но до вступления в силу судебного решения договор продолжает действовать и нарушаться лицом, которое испытывает на себе воздействие такого изменения обстоятельств. Всё так, только в предлагаемом тексте закона ни о чем этом не говорится. В нем содержится совсем небольшое дополнение, которое позволяет суду в своем решении самому определить дату расторжения договора, если такое расторжение производится в судебном порядке. Ни о том, что это правило действует только для случаев расторжения в связи с существенным изменением обстоятельств, ни о том, в каких случаях суд может указать такую дату, а в каких – нет, наконец, на что он должен ориентироваться при определении этой даты, в проекте не говорится. Если изменения будут приняты в таком виде, ничто не помешает суду расторгнуть договор хоть с самой даты его заключения.
Если уж и формулировать проект сообразно тому, что написано в пояснительной записке, то следовало бы не дополнять п. 3 ст. 453 коротенькой фразой после запятой, а дополнить его целым предложением, например:
При расторжении договора по основаниям, предусмотренным статьей 451 настоящего Кодекса, судом может быть указана иная дата, с которой договор считается расторгнутым, при этом такая дата должна наступить не ранее изменения обстоятельств, послужившего основанием для расторжения договора.
Или же можно представить себе, что потребность в ином определении даты расторжения может возникнуть и вне связи с существенным изменением обстоятельств, а, например, в связи с нарушением договора одной из сторон. Почему бы и в таком случае не дать право суду – пусть даже по заявлению истца – выносить решение о расторжении договора с обратной силой – с момента его нарушения или с момента предъявления иска? Тогда бы можно было дополнить п. 3 ст. 451 ГК более абстрактно звучащим предложением:
При расторжении договора в судебном порядке в судебном решении по ходатайству истца может быть указана иная дата расторжения договора, наступившая не ранее возникновения оснований для расторжения договора.
В нынешней же редакции изменения сформулированы слишком широко и дают необоснованную свободу суду.
Если все-таки представить себе, что предлагаемое изменение принято, даже в той редакции, которую я предложил, то риск будет заключаться в том, что лицо, испытывающее на себе воздействие существенного изменения обстоятельств, утратит стимул для скорейшего обращения в суд. Если сейчас оно вынуждено как можно скорее обозначить свое желание расторгнуть (или изменить, кстати) договор, подав иск в суд, потому что, покуда иска нет, договор действует и может нарушаться – как и написано в пояснительной записке, то в случае принятия предложений по изменению закона такое лицо вполне может позволить себе ничего не делать, а подать соответствующий иск только через год, а то и позже, рассчитывая на то, что суд все равно прекратит договор с обратной силой. Тем самым ущемляются интересы другой стороны (еще раз напомню – существенное изменение обстоятельств не зависит от обеих сторон, так что другая сторона здесь также достойна защиты), которая будет находиться в неведении относительно того, сохраняет действие их договор или нет.
Источник: заметка в блог Александра Латыева, INTELLECT, в блоге на сайте Zakon.ru
Статьи экспертов юридической фирмы INTELLECT >>
Читайте также материал ПРАВО.RU:
Юристы оценили поправки в ГК, которые позволяют суду менять договор задним числом >>
Похожие материалы
