Авторская концепция исключительного права
Пассивно-обязывающая концепция исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации.
Фрагмент статьи Максима Лабзина, старшего партнера юридической фирмы INTELLECT, руководителя группы практик «Интеллектуальная собственность». В статье представлены основные положения авторской концепции исключительного права в контексте развития представлений о субъективном гражданском праве и современных дискуссиях на эту тему.
Прошло уже больше века с даты выхода в свет книги русского цивилиста Александра Александровича Пиленко «Право изобретателя», где им была представлена так называемая негативная концепция патентного права, а среди юристов, занимающихся интеллектуальной собственностью, до сих пор не утихают споры по вопросу о том, верна ли такая концепция. Более того, в последнее время дискуссия по этому вопросу только обостряется.
При этом большинство исследователей, в отличие от А.А. Пиленко, не готовы сводить исключительное право (патентное, а тем более авторское или право на товарный знак) к адресованному третьим лицам запрету использования охраняемого объекта, а настаивают на необходимости наделять правообладателя правомочиями на собственные действия по его использованию. Некоторые из них считают такие позитивные правомочия преобладающим элементом содержания этого права, другие – второстепенным, но тем не менее важным настолько, что обойтись без них нельзя1.
Так, например, А.С. Ворожевич хотя и признала, что базовыми (превалирующими) являются негативные правомочия (возможность запрещать иным лицам использовать объект), но обосновала и необходимость наделять правообладателя позитивным правомочиями на собственное использование объекта2.
Правомочие использования охраняемого результата интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации выделено в качестве необходимого элемента содержания исключительного права и в диссертации Н.Б. Спиридоновой3.
Законодатель тоже придерживается этого подхода, что хорошо видно по таким характеризующим исключительное право формулировкам положений части четвертой ГК РФ, как «[правообладатель] вправе использовать результат интеллектуальной деятельности и средство индивидуализации», «по лицензионному договору лицензиар предоставляет или обязуется предоставить право использования» и др.
Полноценных попыток обосновать то, что исключительное право на самом деле, несмотря на иной смысл законодательных текстов, сводится к правовым эффектам на стороне обязанных лиц, которые не вправе использовать охраняемый объект, в отечественной цивилистике обнаружено не было. И это несколько удивляет, как и категорическое несогласие некоторых цивилистов с таким взглядом, поскольку, во-первых, как будет показано далее, научная основа для такого взгляда хорошо известна из теории субъективных гражданских прав, а во-вторых, действующее законодательство считает абсолютно нормальным и даже типичным наделять субъекта исключительным правом на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации в таких ситуациях, когда у него нет юридически обеспеченной возможности их использовать. Да и царствующий в частном праве принцип «разрешено всё, что не запрещено» ставит под большое сомнение необходимость юридического обеспечения возможности правообладателя использовать результат своей разработки, ибо такая свобода у него и так уже есть.
Поэтому прежде, чем представить свой авторский взгляд на содержание исключительного права и его функцию в механизме правового регулирования, хотелось бы поделиться некоторыми наблюдениями над особенностями его возникновения и осуществления.
Исключительное право не связано с возможностью субъекта фактически использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, не направлено на её обеспечение, поскольку такая возможность уже существует до возникновения права (например, до государственной регистрации изобретения, товарного знака) и/или не прекращается с прекращением этого права (например, переход произведений творчества в общественное достояние, прекращение действия патента).
При этом результат интеллектуальной деятельности, имеющий правовую охрану и не имеющий её, – это тот же самый объект правоотношений, но только с различным правовым режимом. Так, отсутствие исключительного права не лишает результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации соответствующих присущих им черт нематериальных благ определенного вида. К примеру, вне зависимости от наличия или отсутствия этого права, произведения творчества остаются результатами творческой деятельности автора с присущими им чертами, изобретения – неочевидным для специалиста техническим решением задачи, а товарные знаки – условным обозначением, способным индивидуализировать товары определенного лица. Возникновение или прекращение исключительного права определяет лишь отношения субъектов по поводу этих объектов, а не суть последних.
Таким образом, легитимное использование данных объектов не предполагает наличия какого-либо частно-правового титула, а значит, эффект от возникновения исключительного права надлежит искать в правовом положении неопределенного круга лиц, которое только и меняется.
Полную версию статьи читайте в журнале
Источник: журнал «Хозяйство и право» (№12/2022)
Статьи экспертов юридической фирмы INTELLECT >>
[1] Синицын С.А. Общее учение об абсолютных и относительных субъективных гражданских правах: диссертация ... доктора юридических наук, 2018 г.
[2] Ворожевич А.С. Границы исключительных прав, пределы их осуществление и защиты: диссертация ... доктора юридических наук, 2021 г., С. 34, 103.
[3] Спириродонова Н.Б. Структура исключительного права: диссертация ... кандидата юридических наук. – МГУ, Москва, 2022.
Похожие материалы
