Не вводите банки в заблуждение
Кассация разъяснила: должник обязан сообщать каждому банку о параллельных кредитах, иначе лишает их возможности оценить риски.
10.09.2025 | PROбанкротство
Григорий Рябов в один день заключил кредитные договоры с пятью банками на общую сумму более 5 млн рублей, указав потребительские цели. В действительности он передал полученные средства гражданину Узбекистана Нематжону Джумаеву по договору займа под 4% в месяц. В 2022 г. Рябов инициировал процедуру банкротства. Суды первой и апелляционной инстанций завершили процедуру реализации имущества и освободили должника от дальнейшего исполнения обязательств, указав на наличие у него дохода 189,6 тыс. рублей на момент получения кредитов. «Россельхозбанк» обжаловал судебные акты в кассационном порядке, указав на недобросовестность должника: сокрытие истинной цели кредитов и одномоментное оформление займов в разных банках без раскрытия этой информации кредиторам. Арбитражный суд Северо-Западного округа согласился с доводами банка, отменил судебные акты в части освобождения от долгов и направил дело на новое рассмотрение (дело №А56-70644/2022).
Фабула
30 ноября 2020 г. Григорий Рябов заключил кредитные договоры с АО «Россельхозбанк» (1,45 млн рублей), ПАО «Банк «Санкт-Петербург» (1,4 млн рублей), ПАО «Промсвязьбанк» (942 тыс. рублей), АО «Газпромбанк» (1,29 млн рублей) и АО «Банк Русский Стандарт» (372 тыс. рублей).
Все кредиты были оформлены в один день на потребительские цели, однако фактически Рябов передал полученные 5,5 млн рублей гражданину Узбекистана Нематжону Джумаеву по договору займа под 4% в месяц со сроком возврата до 2 февраля 2021 г.
В 2022 г. Рябов обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о собственном банкротстве, которое суд удовлетворил. В феврале 2025 года суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, завершил процедуру банкротства с освобождением должника от исполнения обязательств.
АО «Россельхозбанк» обратилось в Арбитражный суд Северо-Западного округа с кассационной жалобой.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества Рябова и применил правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств. Кредиторы как профессиональные участники кредитного рынка имели возможность получать достоверную информацию о финансовом положении заемщика. По мнению суда, действия должника не содержали признаков недобросовестности, поскольку на момент принятия обязательств его доход составлял 189,6 тыс. рублей, что позволяло рассчитывать на исполнение обязательств.
Апелляционный суд отклонил доводы банков о недобросовестности должника, приняв во внимание объяснения Рябова о том, что он брал кредиты для предоставления займа Джумаеву с целью получения процентов и последующего погашения банковских кредитов. Суды посчитали, что наличие дохода в указанном размере свидетельствовало о разумности действий должника на момент получения кредитов.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Северо-Западного округа установил, что Рябов при получении кредитов указал потребительские цели, скрыв от банков действительную цель — коммерческие инвестиции путем предоставления займа Джумаеву. Сокрытие истинной цели лишило кредитные организации возможности объективно оценить риски и предостеречь заемщика от сомнительных финансовых вложений.
Все пять кредитных договоров на общую сумму более 5 млн рублей были заключены в один день. Стандартным поведением добросовестного заемщика после определения оптимальных условий кредитования является обращение в один банк с лучшими условиями на всю необходимую сумму, что дает кредитору возможность оценить перспективы и риски сделки.
Окружной суд сослался на правовую позицию Верховного Суда РФ, согласно которой при одновременном обращении в несколько банков добросовестный заемщик должен указывать информацию о получении средств в других кредитных учреждениях. Иное поведение лишает кредиторов возможности объективно оценить риски и способность заемщика исполнить обязательства.
На момент получения кредитов информация о заключении договоров передавалась в бюро кредитных историй не позднее трех рабочих дней. Рябов самостоятельно не сообщал кредиторам об одномоментном оформлении займов в нескольких банках, что не позволило им своевременно оценить общую долговую нагрузку.
Кассационная инстанция критически оценила выводы нижестоящих судов о наличии у Рябова дохода 189,6 тыс. рублей. Должник представил трудовой договор с ООО «ЛенСтройИндустрия» от 8 июля 2018 г. и справку о доходах за период с апреля по сентябрь 2020 г., однако нижестоящие суды не проверили достоверность этих документов.
Суды не истребовали в налоговых и пенсионных органах сведения о зарплате Рябова в спорный период. В материалах дела имелись только справки 2-НДФЛ от Санкт-Петербургского государственного театра музыкальной комедии, где Рябов работал артистом.
ООО «ЛенСтройИндустрия» было исключено из ЕГРЮЛ в 2021 г., однако при подаче заявления о банкротстве должник обязан был раскрыть доходы за трехлетний период. Отсутствие проверки реальности получения зарплаты от указанной организации свидетельствует о неполном исследовании обстоятельств дела.
Предоставление займа под 4% в месяц (48% годовых) нельзя признать разумным и добросовестным поведением. Такая процентная ставка существенно превышает банковские ставки по кредитам, что создавало дополнительные риски невозврата средств.
Итог
Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил судебные акты в части освобождения Григория Рябова от обязательств перед кредиторами и направил дело на новое рассмотрение.
Наш комментарий:
Илья Абрамов, INTELLECT, специально для портала PROбанкротство:
Абрамов Илья Александрович
Комментарий адвоката Ильи Абрамова, советника INTELLECT:
— Суды продолжают настраивать стандарт надлежащего поведения должника при принятии на себя обязательств и их исполнении для целей освобождения от обязательств по результатам процедуры несостоятельности.
Несмотря на то что формально норма абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, позволяющая отказать в освобождении от долгов, говорит о незаконном поведении должника, в том числе о сообщении заведомо ложных сведений при получении кредита, Верховный Суд РФ в Обзоре судебной практики по делам о банкротстве граждан (утв. Президиумом ВС РФ 18 июня 2025 г.) и Определении от 26 мая 2025 г. по делу №А03 9272/2023 дает более широкое толкование данного положения, расширяя его до понятия «недобросовестное поведение».
Такой подход к толкованию п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве содержит несколько архетипических ситуаций недобросовестного поведения, однако жизнь шире и богаче наших представлений о ней, и все описать в тексте закона невозможно. Именно в этот момент возникает необходимость в категории добросовестности, которая позволяет судам за счет разрешения конкретных дел делать точную настройку случаев, когда поведение должника препятствует освобождению от долгов, а когда является допустимым.
В данном случае суд округа обратил внимание на то, что поведение заемщика, заключающееся в виде направления заявки на получение кредита, само по себе не является недобросовестным, однако заключение нескольких сделок в разных банках в один день уже выглядит подозрительным – хотя бы потому, что такая тактика поведения лишает банки оценить соответствующие риски. Аналогичную ситуацию разбирал ВС РФ в вышеупомянутом определении от 26 мая 2025 г.
Вслед за Верховным Судом суд округа также усомнился в добросовестности поведения заемщика. Дополнительное обстоятельство, которое необходимо было проверить, – реальность трудоустройства заемщика в компании, на которое он ссылался в обоснование реальной возможности исполнять принятые на себя долговые обязательства.
Стоит отметить, что этот тренд в судебной практике направлен на борьбу с явными злоупотреблениями заемщиков, которые заведомо принимают на себя неисполнимые обязательства либо вообще не имеют намерений их исполнять.
Комментарии экспертов юридической фирмы INTELLECT >>
Похожие материалы
