Ноу-хау защиты деловой репутации
Заметка в блоге Романа Речкина о новаторском подходе к защите деловой репутации в Башкирии.
Пока внимание юридической общественности приковано к заканчивающейся в Башкирии битве «Роснефти» с правосудием, в солнечной Башкирии происходят не менее интересные вещи.
Например, Арбитражный суд Республики Башкортостан реализует новаторский подход к защите деловой репутации – в особом производстве (в порядке, предусмотренном главой 27 АПК РФ).
Так, некое ООО «Первый трест» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением об установлении факта, имеющего юридическое значение, – того, что сведения, распространенные в сети «Интернет» на ресурсах YouTube и Вконтакте (по двум указанным ссылкам) не соответствуют действительности и порочат деловую репутацию этой уважаемой организации (дело №А07-16634/17).
Нет, Арбитражный суд Республики Башкортостан в курсе про п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», которое прямо указывает, что «по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 Гражданского кодекса РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце...».
Но сами подумайте, очевидно же, что наличие в деле ответчика – сильно усложняет дело! Ответчик вечно что-то оспаривает, то не согласен, что имеет место утверждение о факте (а не мнение), то с порочащим характером сведений не согласен, то вообще настаивает, что сведения соответствуют действительности. Самые наглые ответчики вообще не признают, что это именно они распространили спорные сведения! Еще и на практику ЕСПЧ ссылаются.
Строго говоря, упомянутое выше постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. №3 дает некие основания для подобного новаторского подхода, указывая (в п. 2), что «судебная защита чести, достоинства и деловой репутации лица, в отношении которого распространены не соответствующие действительности порочащие сведения, не исключается также в случае, когда невозможно установить лицо, распространившее такие сведения (например, при направлении анонимных писем в адрес граждан и организаций либо распространении сведений в сети Интернет лицом, которое невозможно идентифицировать). В соответствии с п. 8 ст. 152 ГК РФ суд в указанном случае вправе по заявлению заинтересованного лица признать распространенные в отношении него сведения не соответствующими действительности порочащими сведениями».
Но в данном случае застройщик признает не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию сведения, распространенные его клиентом, купившим у него квартиру. В ролике даже письменный ответ застройщика мелькает. В любом случае, по судебному запросу и YouTube, и ВКонтакте данные об аккаунте – предоставляют. Поэтому анонимность лица, разместившего спорные ролики, представляется мне достаточно условной. Заявитель (истец) сорвать эту «вуаль» с лица, распространившего сведения, особо и не пытался.
И действительно, зачем? Без ответчика – и заявителю (истцу), и суду гораздо проще. Можно абсолютно обоснованно писать в решении, что «факт соответствия действительности сведений заявитель не обязан доказывать... обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике». А поскольку ответчика в деле нет, то естественно, что им «каких-либо доказательств [соответствия действительности] указанных утверждений в видеороликах не приведено».
В результате мы имеем, с точки зрения арбитражного суда, «идеальный спор»: и нарушенное право истца вроде как восстановлено (сведения признаны «не соответствующими» и «порочащими»), но дело рассмотрено максимально комфортно для арбитражного суда, без ответчика и третьих лиц (то есть судебный акт не преюдициален и не обязателен для них). Причем у ответчика и видеохостингов формально даже нет права на оспаривание этого решения, поскольку к участию в деле они не привлечены.
Идеальная «имитация Правосудия», имхо. Поскольку, с одной стороны, ООО «Первый трест» с этим решением пойдет к YouTube и ВКонтакте, и те заблокируют ролики по ссылкам. С другой стороны, автор роликов перезальет их по другим ссылкам и указанное решение арбитражного не будет иметь к «свежеразмещенным» роликам никакого отношения (поскольку арбитражный суд признал незаконным не «распространение таких-то роликов таким-то лицом», а «размещение роликов в сети Интернет по таким-то ссылкам»). Для запрета этих же роликов, размещенных по другим ссылкам – очевидно потребуется отдельное решение арбитражного суда.
И «волки сыты», и «овцы целы».
История, кстати, имела продолжение: воодушевленное решением Арбитражного суда Рспублики Башкортостан, ООО «Первый трест» обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском – к YouTube LLC и ООО «ВКонтакте» о признании распространенных в сети Интернет сведений не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию, а также об обязании YouTube LLC и ООО «ВКонтакте» удалить видеоролики (дело №А56-40610/2017). Предварительное судебное заседание назначено на 23 августа 2017 года.
Ну и, возвращаясь к процитированному решению Арбитражного суда Республики Башкортостан, «вишенка на торте»: право никому (за пределами солнечной Башкирии) не известного ООО «Первый трест» защитила не кто-нибудь, а сама судья Н., которая вот-вот защитит нарушенное право другой достойной организации, но уже – известной на всю Россию...
Заметка Романа Речкина, ИНТЕЛЛЕКТ-C, опубликована на сайте Zakon.Ru
Статьи экспертов Группы правовых компаний ИНТЕЛЛЕКТ-С >>
Похожие материалы
