RU   EN

print

Биткойн в самоволке

О регулировании выпуска и оборота криптовалюты в российском законодательстве.

Банк России отмечает распространение такого явления, как «виртуальные валюты» и биткойн в частности, но предостерегает от их использования.

«Цифровая революция в мире денег свершилась» – зачастую именно такие заголовки можно встретить в названиях статей о криптовалюте. Криптовалюты, громко заявив о себе, захватили весьма значительное поле человеческой деятельности и постоянно расширяют его границы. Но за очевидными плюсами подобного новаторства в случае отсутствия контроля могут последовать и серьезные минусы. В современном обществе главным социальным регулятором человеческой деятельности является право, и пока одни страны активно разрабатывают законодательство в соответствующей сфере, другие с опаской пытаются его сдержать, вводя ограничительные нормы или вовсе игнорируя.

К сожалению, Россия в настоящий момент относится, скорее, ко второй группе, заставляя констатировать: революция свершилась, но не у нас. Но рассмотрим вопрос подробнее. Стоит указать, что далее речь пойдет именно о криптовалюте, а не о технологии блокчейн как таковой. Ведь в настоящий момент их регулирование и перспективы в нашей стране, по мнению автора, существенно различаются.

На сегодняшний день в нашем законодательстве практически полностью отсутствует какое-либо нормативно-правовое регулирование темы криптовалют. Единственным проявлением внимания со стороны государственных органов являются акт Банка России «Об использовании при совершении сделок «виртуальных валют», в частности, биткойн» [1] и сообщение Росфинмониторинга «Об использовании криптовалют» [2], изданные в январе-феврале 2014 года и содержащие схожую позицию.

Регулятор отметил распространение такого явления, как «виртуальные валюты» и биткойн в частности, а также предостерег от их использования. Обосновывая данную позицию, Банк России указал на высокий риск потери стоимости виртуальной валюты, спекулятивный характер операций с ней, а также отсутствие обеспечения и юридически обязанных субъектов.

Интересно также, что Банк России указал на запрет выпуска на территории Российской Федерации денежных суррогатов [3], видимо, отнеся к ним и криптовалюты. Отметил орган и анонимный характер деятельности по выпуску криптовалют и их использованию, указав на возможность «в том числе непреднамеренно» быть вовлеченным в противоправную деятельность, в том числе финансирование терроризма.

Итогом же стало предупреждение регулятора о том, что деятельность российских юридических лиц, сопряженная с использованием виртуальных валют, будет рассматриваться как «потенциальная вовлеченность в осуществление сомнительных операций».

Какие выводы можно сделать из этого текста? Регулятор не дает прямого запрета на использование криптовалют, ограничиваясь лишь предостережением. Однако при этом недвусмысленно ссылается на статью о запрете денежных суррогатов. Являются ли виртуальные валюты денежными суррогатами – вопрос в настоящий момент дискуссионный. Очевидно, для начала стоило бы определить понятие и признаки денежных суррогатов. Помочь в данном вопросе должен был ряд законопроектов [4], устанавливающих легальное определение денежных суррогатов (под которое криптовалюта, конечно же, должна была подпадать), а также вводящих административную и уголовную ответственность за их создание и распространение, однако ни один из них до настоящего момента не принят. Таким образом, на сегодняшний день законодательство фактически не содержит запрета на выпуск криптовалют и осуществление деятельности с ними.

Однако несмотря на это, в последнее время участились случаи блокировки сайтов, размещающих информацию о криптовалюте или предлагающих ее покупку и продажу. Подобные дела проходят по одному сценарию: дело возбуждаются на основании заявления прокурора в интересах неограниченного круга лиц и проходит без участия заинтересованных лиц – владельцев доменных имен сайтов. Удовлетворяя требования заявителя, суды указывают на то, что криптовалюты все же являются денежными суррогатами, способствуют росту теневой экономики и не могут быть использованы гражданами и юридическими лицами на территории Российской Федерации [5]. Далее доступ к сайту блокируется, а его владелец, узнав о вынесенном акте и пытаясь его обжаловать, сталкивается с уже пропущенными сроками. Согласно нормам Гражданского процессуального кодекса, сроки можно восстановить, имея уважительную причину пропуска, однако на практике сделать это бывает затруднительно. Например, не удалось это финской компании, доступ к сайту которой был заблокирован при аналогичных обстоятельствах. В определении [6] суд указал на наличие у компании возможности узнать о блокировке с момента ее внесения в реестр запрещенных сайтов.

На данный момент известно лишь одно дело, по которому якобы удалось отменить подобное решение. О победе утверждает владелец ранее заблокированного сайта [7], не предоставляя текст судебного акта. На сайтах же судов указана обратная информация [8].

Интересно, что в вопросе разрешения споров по гражданско-правовым сделкам с использованием криптовалют судебная практика более сдержанна. Так, в одном из дел о защите прав потребителей [9] истец заявлял о том, что по итогу обмена криптовалют он недополучил от сервиса денежные средства, которые и просил взыскать. Суд, в свою очередь, в удовлетворении требований отказал, сославшись на практически полное отсутствие правовой базы для регулирования деятельности, связанной с «виртуальной валютой». Орган указал, что все операции с перечислением виртуальной валюты производятся их владельцами на свой страх и риск, а истец, согласившись с условиями предоставления сервисом услуг обмена электронных валют, принял на себя риск несения любой финансовой потери и/или ущерба, которые могли быть причинены ему в результате задержки или невозможности осуществления электронных переводов.

Таким образом, очевидно, что на данный момент российское законодательство в части регулирования выпуска и оборота криптовалюты находится лишь в начале долгого пути развития. В связи с этим такая деятельность может быть сопряжена с рядом проблем: с одной стороны, «весьма вольная» трактовка имеющихся положений надзорными органами и, как следствие, возможное применение санкций, а с другой стороны, практически полное отсутствие судебной защиты гражданско-правовых отношений.

Радует лишь то, что ракурс новостной повестки неизменно меняется в положительную сторону, сообщая нам о все большем потеплении отношения государства к теме криптовалют.

Статья Виталия Герасименко, ИНТЕЛЛЕКТ-С, опубликована в журнале National Business (№7/2017)

Статьи экспертов Группы правовых компаний ИНТЕЛЛЕКТ-С >>

[1] Информация Банка России от 27 января 2014 г. «Об использовании при совершении сделок «виртуальных валют», в частности, биткойн».
[2] Информационное сообщение Федеральной службы по финансовому мониторингу от 6 февраля 2014 г. «Об использовании криптовалют».
[3] Согласно статье 27 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».
[4] Например, законопроект ID: 02/04/03-16/0004685.
[5] Например, решение Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу №2-7811/2017, решение Октябрьского районного суда г. Санкт-Петербурга №2-1993/2017, решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска по делу №2-4244/2016.
[6] Определение Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу №2-10224/2016 от 17 января 2017 года.
[7] Основатель портала «Bitcoin Security» Иван Тихонов (информация на портале Роскомсвобода).
[8] Дело №2-978/2014, рассмотренное Невьянским городским судом; дело №33-6398/2015, рассмотренное Свердловским областным судом
[9] Решение Ряжского районного суда по делу №2-160/2017.

коммерческие споры, коммерческое право

Похожие материалы

Юридические услуги, разрешение споров, патентные услуги, регистрация товарных знаков, помощь адвокатаюридическое сопровождение банкротства, услуги арбитражного управляющего, регистрационные услуги для бизнеса


Екатеринбург
+7 (343) 236-62-67

Москва
+7 (495) 668-07-31

Нижний Новгород
+7 (831) 429-01-27

Новосибирск
+7 (383) 202-21-91

Пермь
+7 (342) 270-01-68

Челябинск
+7 (351) 202-13-40


Политика информационной безопасности