RU   EN

print

*Данный материал старше трёх лет. Вы можете уточнить у автора степень его актуальности.

Тяжбы по золотым парашютам топ-менеджеров

Увольнение топ-менеджеров дорого обходится компаниям-работодателям: обзор судебной практики по спорам о выплате бонусов и компенсаций топам.

Каков будет размер компенсации? Как определить момент увольнения и вообще — заслуживает ли увольняемый компенсации на правах «топа»?

Вячеслав Кутузов, юрисконсульт компании «Еврострой», Журнал «Трудовое право», №10/2014

Все споры, связанные с выплатой бонусов топ-менеджерам, можно подразделить на споры о выплате премиальных за достижение определенных хозяйственных показателей и на споры о выплате «золотых
парашютов» (Издание «Ведомости» определяет «золотой парашют» (англ. «golden parachute») как пункт, статью в контракте о найме на работу высокопоставленного управляющего компании, предусматривающую финансовые и другие привилегии для него на случай, если он будет уволен или сам подаст в отставку в результате поглощения этой компании другой или смены собственника; такой пункт может оказаться сдерживающим для потенциального покупателя компании, привести к отказу от идеи поглощения). Первая категория споров по своей сути представляет частный случай невыплаты заработной платы, поскольку согласно статье 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата образуется из сумм вознаграждения за труд, компенсационных выплат и стимулирующих выплат (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). По своей сути бонусы относятся к третьей группе выплат. Далее по тексту, если не указано иное, термины «бонусы», «компенсации» и «стимулирующие выплаты» будут использованы как синонимы.

В судебной практике при разрешении первой группы споров предметом возражений работодателей чаще всего становятся следующие вопросы:

  1. установление полномочия представителя работодателя на подписание соглашения о стимулирующих выплатах;
  2. установление и анализ положений локальных нормативных актов, устанавливающих и предписывающих выплаты бонусов, и правильности расчета бонусов;
  3. проверка фактического достижения топ-менеджером хозяйственных результатов, являющихся условием выплаты бонусов;
  4. выявление должностных проступков топ-менеджера, препятствующих выплате бонусов.
Ввиду того что все означенные вопросы получили широкое освещение в юридической публицистике, представляется целесообразным остановиться подробнее на второй категории споров — споров о выплате «золотых парашютов».

Споры о выплате «золотых парашютов» чаще всего рассматриваются в плоскости корпоративного права, несмотря на то что круг применимых норм (корпоративного — трудового права) и по сей день остается предметом дискуссии. Не вдаваясь в доктринальные изыскания, осветим главные проблемные точки споров о выплате «золотых парашютов».

В начале отметим, что трудовое законодательство предусматривает два основания выплаты «золотого парашюта»:

  1. в случае расторжения трудового договора с руководителем организации, его заместителями и главным бухгалтером в связи со сменой собственника имущества организации (статья 181 Трудового кодекса РФ);
  2. в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора (пункт 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ).
По существу, и первое и второе основание представляют дискрецию собственника организации4, а если быть еще более точным, то смена собственника является частным случаем увольнения в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора. Поэтому правовое толкование пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ подлежит распространению и на положения статьи 181 Трудового кодекса РФ.

И в первом, и во втором случае топ-менеджеру выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка (статья 279 Трудового кодекса РФ), с изъятиями, предусмотренными статьями 181.1 и 349.3 Трудового кодекса РФ. Указанная компенсация подлежит выплате в день увольнения работника (часть 1 статьи 140 Трудового кодекса РФ).

Положения пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса РФ получили оценку Конституционного Суда РФ на предмет их соответствия отдельным нормам Конституции РФ5. Непосредственную практическую ценность представляют следующие выводы.

Так, по смыслу положений пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» в их взаимосвязи со статьей 81 и пунктами 1 и 3 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, при расторжении трудового договора с руководителем организации по решению уполномоченного органа юридического лица, в том числе совета директоров (наблюдательного совета) акционерного общества, либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица или органа (далее — собственника) не требуется указывать те или иные конкретные обстоятельства, подтверждающие необходимость прекращения трудового договора (пункт 4.1 постановления от 15.03.2005 № 3-П).

Конституционный Суд РФ акцентирует внимание правоприменителя на том, что по смыслу положений данной статьи во взаимосвязи с положениями статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, выплата компенсации — необходимое условие досрочного расторжения трудового договора с руководителем организации в указанном случае. Из этого толкования можно сделать вывод о недопустимости удовлетворения требований о выплате компенсации при истечении срока действия трудового договора, если соглашением сторон не предусмотрено иное.

В то же самое время — как указывается в абзаце 4 пункта 6 постановления от 15.03.2005 № 3-П — возможны случаи, когда по каким-либо причинам трудовой договор с руководителем организации заключается без указания конкретного срока его действия, либо когда срочный трудовой договор трансформируется в договор на неопределенный срок в порядке, установленном частью четвертой статьи 58 Трудового кодекса РФ. Однако нет оснований полагать, что употребление в пункте 2 статьи 278 и статье 279 Трудового кодекса РФ термина «досрочное» не допускает применение этих норм в подобных случаях.

Как указывается в абзаце третьем пункта 4.2 данного постановления, законодатель не устанавливает конкретный размер компенсации и не ограничивает ее каким-либо пределом — размер компенсации определяется трудовым договором, то есть по соглашению сторон. Исходя из целевого назначения этой выплаты — в максимальной степени компенсировать увольняемому лицу неблагоприятные последствия, вызванные потерей работы, размер компенсации может определяться с учетом времени, остающегося до истечения срока действия трудового договора, тех сумм (оплаты труда), которые увольняемый мог бы получить, продолжая работать в должности руководителя организации, дополнительных расходов, которые он, возможно, вынужден будет понести в результате досрочного прекращения договора, и тому подобного.

Исключительную важность представляет позиция Конституционного Суда РФ по вопросу об отсутствии в трудовом договоре условия о выплате компенсации и о ее размере, поскольку законодателем императивно определен лишь минимальный размер компенсации (статьи 181 и 279 Трудового кодекса РФ). Так, Конституционный Суд РФ указал, что отсутствие в трудовом договоре условия о выплате компенсации и о ее размере не освобождает собственника от обязанности выплатить компенсацию. Однако вопрос о размере компенсации, как следует из статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации, решается по соглашению сторон, а не собственником в одностороннем порядке, и значит, суммы, подлежащие выплате, должны определяться по договоренности между руководителем организации и собственником, а в случае возникновения спора — по решению суда с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, цели и предназначения данной выплаты.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 20.01.2003 № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», учитывая то, что отношения между единоличными исполнительными органами обществ (директорами, генеральными директорами), членами коллегиальных исполнительных органов обществ (правлений, дирекций) с одной стороны, и обществами — с другой, основаны на трудовых договорах (глава 43 Трудового кодекса РФ), дела по искам указанных лиц о признании недействительными решений коллегиальных органов акционерных обществ, иных хозяйственных товариществ и обществ о досрочном прекращении их полномочий, о восстановлении в занимаемых должностях и оплате времени вынужденного прогула подведомственны судам общей юрисдикции, которые в силу статей 382 и 391 Трудового кодекса РФ являются по данным делам органами по разрешению трудовых споров.

В настоящее время арбитражная практика в целом признает необходимость корпоративного одобрения условий трудовых договоров и иных соглашений о выплате «золотых парашютов», если такие условия подпадают под категорию крупной сделки или сделки с заинтересованностью (к примеру, постановление от 27.04.2010 № 17255/09 по делу № А73-8147/200).

По мнению И.С. Шиткиной, «если трудовой договор не содержит условий гражданско-правового характера, в том числе о выплате дополнительных компенсаций при расторжении трудового договора, он не подлежит одобрению по правилам, установленным для сделок, в том числе крупных и с заинтересованностью. Если договор с директором имеет смешанный трудоправовой и гражданско-правовой характер, то к тем правоотношениям, которые имеют гражданско-правовой характер, могут применяться процедуры, предусмотренные корпоративным законодательством для одобрения сделок».

Другой автор, Н.В. Козлова, приводит следующее рассуждение: «В ряде случаев суды общей юрисдикции констатируют, что право руководителя назначать себе компенсационные выплаты все-таки ограничено рамками закона и учредительных документов юридического лица». Что касается правил одобрения условий соглашения о «золотом парашюте», то по оценке Н.В. Козловой, «арбитражные суды чаще всего признают свою компетенцию по искам об оспаривании отдельных условий трудового договора с руководителем общества как сделки с заинтересованностью. Вместе с тем существуют отдельные акты арбитражных судов, в которых спор между хозяйственным обществом и его работником о действительности «золотого парашюта» квалифицируется в качестве сугубо трудового спора, подлежащего разрешению по нормам трудового законодательства».

Истцами по делам об оспаривании выплаты премиальных могут выступать не только лица, являвшиеся акционерами (участниками) общества на момент заключения соглашения о «золотом парашюте», но и их правопреемники (Федеральный арбитражный суд Московского округа в постановлении от 02.08.2012 по делу № А40-12636/44-22-386).

К сожалению, приходится констатировать, что практическое широкое применение вышеприведенных выводов и судебной практики в настоящий момент ограничено определенным законодателем кругом лиц —
руководителями организации, их заместителями и главными бухгалтерами. Применительно к иным видам «топ-менеджеров» подлежат применению исключительно положения трудовых договоров и локальных
нормативных актов, предусматривающих выплату «золотого парашюта». В литературе подчеркивается отсутствие определения «топ-менеджера» и критериев отнесения должностных лиц к этой категории работников. Полагаем, что при разрешении вопроса, является ли лицо заместителем или нет, допустимо расширительное толкование. Замещение может следовать не только из названия должности согласно штатному расписанию, но и из фактических полномочий, а также долгосрочных поручений, оформленных доверенностями.

Так как момент увольнения может иметь значение в вопросе выплаты бонусов, то представляется интересной следующая позиция Верховного Суда РФ, изложенная в пункте 50 постановления от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»: «Принимая во внимание, что статья 3 Кодекса запрещает ограничивать кого-либо в трудовых правах и свободах в зависимости от должностного положения, а также учитывая, что увольнение руководителя организации в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о досрочном прекращении трудового договора по существу является увольнением по инициативе работодателя и глава 43 Кодекса, регулирующая особенности труда руководителя организации, не содержит норм, лишающих этих лиц гарантии, установленной частью шестой статьи 81 ТК РФ, в виде общего запрета на увольнение работника по инициативе работодателя в период временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске (кроме случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем), трудовой договор с руководителем организации не может быть прекращен по пункту 2 статьи 278 Кодекса в период его временной нетрудоспособности или пребывания в отпуске».

В заключение остановимся на некоторых налоговых аспектах «золотого парашюта». Отметим, что компенсация за досрочное расторжение трудового договора с генеральным директором организации, выплачиваемая в соответствии с действующим трудовым законодательством, не подлежит обложению налогом на доходы физических лиц в размерах, определенных трудовым договором. Налоговые льготы подлежат применению в отношении каждого случая увольнения работника.

Наш комментарий:

Анна Устюшенко, ИНТЕЛЛЕКТ-С, специально для журнала «Трудовое право»:

Выплата бонусов топ-менеджерам — очень острая тема последнего времени. Причем как в правовом, так и в социальном смыслах.

Выплата бонусов топ-менеджерам — очень острая тема последнего времени. Причем как в правовом, так и в социальном смыслах. Об этом, в частности, свидетельствуют попытки реформировать трудовое законодательство, ограничив определенный круг «топов» в получении компенсаций и выходных пособий при расторжении трудового договора по соглашению сторон (статья 349.3 Трудового кодекса РФ), а также запрет выплачивать бонусы в случае увольнения «топов» за совершение виновных действий (статья 181.1 Трудового кодекса РФ).

К сожалению, в комментируемой статье автор не провел разграничения топ-менеджеров по признаку правового положения, что очень важно при рассмотрении вопроса о выплате бонусов. Так, положение руководителя организации значительно отличается от положения иных лиц, условно именуемых «топами».

Итак, на наш взгляд, целесообразно подразделять топ-менеджеров на две группы:

  • руководители организации;
  • иные лица (заместители, главные бухгалтеры, прочие), чья деятельность связана с принятием управленческих решений.

Понятие «руководитель организации» раскрыто в части 1 статьи 273 Трудового кодекса РФ: руководитель организации — физическое лицо, которое в соответствии с настоящим кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа.

Отсюда следует, что руководитель организации является органом управления юридического лица, чья деятельность регулируется как трудовым, так и гражданским законодательством.

Особое правовое положение руководителя организации влечет за собой возможность расторжения трудового договора с ним по инициативе работодателя, во-первых, в любое время, во-вторых, без обоснования причины расторжения (пункт 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ). Отсюда — установленная законом дополнительная гарантия в виде компенсации за расторжение трудового договора на основании пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ, минимальный размер которой составляет трехкратный средний месячный заработок (статья 279 Трудового кодекса РФ).

Следует отметить, что законом от 30.06.2006 № 90-ФЗ из пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ исключено понятие «досрочное» применительно к расторжению трудового договора. Изъятие было обусловлено бессрочным характером трудовых договоров с некоторыми руководителями. Поэтому часть статьи автора, посвященная этому моменту, утратила актуальность в 2006 году.

Также следует внести ясность в вопрос налогообложения сумм компенсаций, выплачиваемых «топам» всех видов: согласно подпункту 7 пункта 3 части 1 статьи 217 Налогового кодекса РФ налогом на доходы физических лиц все же облагается сумма компенсаций, превышающая в целом трехкратный размер среднего месячного заработка или шестикратный размер среднего месячного заработка для работников, уволенных из организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к нимместностях. Указанное положение актуально для случаев, когда компенсация установлена трудовым договором или выплачивается по решению работодателя. В отношении иных лиц, связанных с принятием управленческих решений (не руководителей), компенсация может быть установлена трудовым договором или решением работодателя, выраженным в любой форме. Если для «топов» этого уровня компенсация не была установлена призаключении трудового договора или в ходе работы, при расторжении договора они получают право претендовать на выплату чего-либо (компенсации, выходного пособия) только на общих основаниях. Собственно говоря, и увольнять этих лиц по своей инициативе работодатель может только по основаниям, установленным статьей 81 Трудового кодекса РФ.

Соответственно, на таких лиц не распространяются статьи 278, 279 Трудового кодекса РФ.

Итак, определившись с составом «топов», отметим важные тенденции, которые возникли в вопросе установления и выплаты компенсаций в последнее время.

Все хорошо в меру. Шумиха, которая возникала вокруг споров о взыскании установленных «топам» компенсаций, часто была следствием взыскания необоснованно высоких «отступных», установленных трудовым договором или соглашением сторон при увольнении. Также резонанс имели споры, где требования вытекали из расторжения трудового договора за виновные действия работника, когда трудовым договором предусматривалась компенсация за любые случаи расторжения.

Очевидно, что решить проблему несоразмерно высоких отступных на законодательном уровне сложно: статья 279 Трудового кодекса РФ прямо устанавливает право сторон определять ее размер не ниже минимума.

А вот второй повод для злоупотреблений — основания увольнения — стал предметом реформ, о чем свидетельствует введенная 02.04.2014 в Трудовой кодекс РФ статья 181.1, запрещающая устанавливать компенсацию в случаях расторжения трудового договора за виновное поведение работника.

Полагаем, что установленный статьей 181.1 Трудового кодекса РФ запрет носит конструктивный характер и обеспечивает выполнение работником добросовестно своих обязанностей, что является основным требованием к его деятельности (часть 2 статьи 21 Трудового кодекса РФ).

«Свобода договора? Не слышали...», — так с преувеличением может быть выражена правоприменительная тенденция ограничивать право сторон на установление компенсаций на стадии взыскания сумм, согласованных в трудовом договоре.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30.05.2014 № 5-КГ14-43 суд оставил без изменения принятое решение об отказе во взыскании компенсации. Как указывал истец, трудовой договор, заключенный с ним, предусматривал выплату ему выходного пособия в размере 12 окладов при увольнении по любому основанию. Истец был уволен по собственному желанию, но пособие так и не выплачено. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ сочла требования необоснованными и пояснила следующее. В силу Трудового кодекса РФ компенсации — выплаты, установленные для возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей. Трудовым или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться их повышенные размеры.

Выплата, по поводу которой возник спор, не относится к гарантиям и компенсациям, подлежащим реализации при увольнении работника по собственной инициативе, а также не является выходным пособием. Такая выплата не предусмотрена ни законом, ни системой оплаты труда ответчика и по существу носит произвольный характер, что свидетельствует о наличии злоупотребления правом. Оснований для предоставления истцу существенных преимуществ перед другими работниками не имелось. Кроме того, размер выплаты в несколько раз превышает размер уставного капитала предприятия.

Действующее правовое регулирование позволяет не применять условия трудового договора в случае их противоречия закону, нарушений, допущенных при заключении, а также при их несоответствии принципу злоупотребления правом. Соответственно, основания для взыскания спорных сумм нет.

Приведенная позиция Верховного Суда, на наш взгляд, не выдерживает критики. Во-первых, ею нивелирован принцип свободы договора. Во-вторых, законодательством очерчен круг запретов при установлении компенсаций (статьи 181.1, 349.3 Трудового кодекса РФ) — описанный случай сюда не укладывается. В-третьих, мотивировка суда такова, что напоминает сравнение круглого с теплым: какое значение имеет превышение установленной суммы с величиной уставного капитала — непонятно. В ряде случаев эта величина минимальна, а значит, любая рядовая сделка общества может в разы превышать сумму уставного капитала.

Итак, мы видим, что непомерно высокие ставки отступных, плюс злоупотребления, с которыми судам пришлось столкнуться в ходе рассмотрения споров, ведут к формированию недружественной позиции правоприменителей к вопросу выплаты компенсаций.

Вероятно, для многих работодателей, у которых «топы» при приеме на работу выторговали право на солидные отступные, позиция судов будет весьма кстати. Однако следует признать, что односторонний отказ от выполнения ранее принятых на себя обязательств, даже с подачи суда, подрывает принципы нормальных рыночных отношений. Хочется надеяться, что в этом вопросе практика достигнет баланса, обеспечивающего в равной мере интересы обеих сторон трудового договора.

кадровое делопроизводство, сокращение персонала, трудовое право, трудовые споры

Похожие материалы

Юридические услуги, разрешение споров, патентные услуги, регистрация товарных знаков, помощь адвокатаюридическое сопровождение банкротства, услуги арбитражного управляющего, регистрационные услуги для бизнеса


Екатеринбург
+7 (343) 236-62-67

Москва
+7 (495) 668-07-31

Нижний Новгород
+7 (831) 429-01-27

Новосибирск
+7 (383) 202-21-91

Пермь
+7 (342) 270-01-68

Челябинск
+7 (351) 202-13-40


Политика информационной безопасности