Мы в соцсетях
print

Хотели как лучше, а получилось как всегда

Во втором чтении приняты поправки об обязании арбитражных судей сообщать о выявленных преступлениях.

16.10.2019 | Новая адвокатская газета | Зинаида Павлова

Законопроект дополнен уточнением, что при выявлении признаков преступлений арбитражные судьи будут уведомлять органы дознания и предварительного следствия посредством частных определений. По мнению одного из экспертов «АГ», смысл изменений законопроекта ко второму чтению сводится к уточнению процессуальной формы сообщения судом сведений о фальсификации, основная разница между сообщением и частным определением состоит в том, что первое, в отличие от второго, не обжалуется. Другой эксперт отметил, что изменения законопроекта идеально иллюстрируют знаменитую фразу Виктора Черномырдина «хотели как лучше, а получилось как всегда».

15 октября Госдума РФ приняла во втором чтении законопроект №589321-7 о внесении изменений в АПК РФ, о котором ранее писала «АГ». Согласно ему, если при рассмотрении дела арбитражный суд обнаружит в действиях участников арбитражного процесса, должностных или иных лиц признаки преступления, он уведомляет об этом правоохранительные органы.

Ко второму чтению проект закона подвергся некоторым изменениям. В поправках теперь уточняется, что арбитражные судьи будут сообщать о выявленных признаках преступления с помощью вынесения частного определения, копия которого будет направляться в органы дознания или предварительного следствия. Соответствующие изменения предусмотрены во вносимой в ст.188.1 АПК РФ части 4.

Как следует из пояснительной записки, аналогичная обязанность установлена в ГПК и в КАС, однако в арбитражном судопроизводстве существует правовой пробел, который способствует различным злоупотреблениям со стороны недобросовестных лиц, участвующих в рассмотрении дел. В частности, речь может идти о фальсификации судебных доказательств в арбитражных процессах.

«В настоящее время арбитражные суды, осуществляющие проверку обоснованности заявления о фальсификации доказательства в рамках ст. 161 АПК, должны лишь отразить результаты данной проверки в протоколе судебного заседания, но не обязаны сообщать об обнаружении признаков преступления в органы дознания или предварительного следствия», – отмечают авторы поправок. По их мнению, на практике арбитражные суды после такой проверки могут принять решение об исключении недостоверных доказательств из числа доказательств по делу, однако вопрос о возбуждении уголовного дела по результатам проведения указанной проверки может быть инициирован только участвующими в деле лицами путем их самостоятельного обращения в правоохранительные органы.

Авторы законопроекта полагают, что правоохранительные органы нередко демонстративно не вмешиваются в экономические споры между хозяйствующими субъектами. Поэтому до вступления решения арбитражного суда в законную силу в возбуждении уголовных дел чаще всего отказывается: «Во многом по причине того, что с инициативой о возбуждении уголовного дела выступает участвующее в арбитражном процессе и заинтересованное в исходе дела лицо, а не арбитражный суд».

«Арбитражный процесс, как правило, длителен, срок обжалования решений, не вступивших в законную силу, составляет один месяц, участникам процесса также предоставляется значительное время для устранения недостатков, допущенных при подаче апелляционных жалоб. Все это в совокупности позволяет лицам, участвующим в деле, затягивать время, что приводит к истечению сроков давности привлечения к уголовной ответственности лиц, совершивших в период рассмотрения арбитражного дела преступления небольшой тяжести», – указано в пояснительной записке. В качестве примера разработчики сослались на ст. 78 и ч. 1 ст. 303 УК РФ, согласно которым срок давности привлечения к ответственности за фальсификацию доказательств и результатов оперативно-разыскной деятельности составляет два года.

Адвокат АБ «ЮГ» Сергей Радченко пояснил, что смысл изменений законопроекта ко второму чтению сводится к уточнению процессуальной формы сообщения судом сведений о фальсификации. «Если раньше это было просто некое "сообщение", то теперь суд должен вынести частное определение. Разница между сообщением и частным определением состоит в том, что сообщение не обжалуется, а частное определение обжалуется. Поэтому если кто-то из лиц, участвующих в деле, будет не согласен с тем, что суд установил факт фальсификации доказательств, то он сможет обжаловать частное определение. АПК РФ возможности обжалования частного определения не предусматривает, но в практике Верховного Суда РФ это допускается (например, определение ВС РФ от 6 августа 2018 г. №304-ЭС18-3461), – пояснил эксперт.

Наш комментарий:

Роман Речкин, INTELLECT, специально для «Новой адвокатской газеты»:

Даже если арбитражные суды начнут направлять в правоохранительные органы информацию о преступлениях, реально реагировать на эти сообщения и возбуждать уголовные дела органы дознания и следствия все равно не будут.

Старший партнер, руководитель группы практик юридической фирмы INTELLECT Роман Речкин отметил, что изменения законопроекта ко второму чтению Госдумы РФ идеально иллюстрируют знаменитую фразу Виктора Черномырдина «хотели как лучше, а получилось как всегда». «Сама идея сводилась к тому, что арбитражный суд, обнаружив при рассмотрении дела признаки какого-либо преступления, должен сообщать об этом в правоохранительные органы. Проблемы здесь две, во-первых, арбитражный суд – это все-таки суд, а не правоохранительный орган; обязывая его сообщать о признаках преступления, мы возлагаем на него не свойственную ему дополнительную функцию. Во-вторых, в условиях явной перегруженности судов "профильной" деятельностью по рассмотрению споров необходимость тратить время еще и на сообщения о преступлениях энтузиазма у судей не вызывает», – пояснил он.

По словам эксперта, итоговый вариант проектируемой ч. 4 ст. 188.1 АПК РФ с точки зрения юридической техники и здравого смысла порадовал бы Виктора Черномырдина. «Эта норма устанавливает, что арбитражный суд не просто "сообщает о преступлении" в правоохранительные органы, но "направляет копию частного определения". При этом, исходя из ч. 1 этой же ст. 188.1 АПК РФ, вынесение частного определения – это право арбитражного суда, а не обязанность. Таким образом, арбитражные суды и дальше продолжат саботировать эту "обязанность", просто не вынося частные определения. Нет частного определения – нечего и направлять в правоохранительные органы», – отметил Роман Речкин.

Он добавил, что, даже если бы законодатель сформулировал ч. 4 ст. 188.1 АПК РФ корректно, ничего бы не изменилось. «Поскольку гораздо более существенная проблема заключается в принципиальном нежелании российских правоохранителей возбуждать уголовные дела и вообще работать, кроме расследования "политических" дел. Поэтому, даже если арбитражные суды начнут направлять в правоохранительные органы информацию о преступлениях, реально реагировать на эти сообщения и возбуждать уголовные дела органы дознания и следствия все равно не будут, и проблема здесь не в АПК РФ и не в арбитражных судах», – подчеркнул эксперт.

Комментарии экспертов юридической фирмы INTELLECT >>

коммерческие споры, корпоративные споры, уголовное право

Похожие материалы

Юридические услуги, разрешение споров, патентные услуги, регистрация товарных знаков, помощь адвокатаюридическое сопровождение банкротства, услуги арбитражного управляющего, регистрационные услуги для бизнеса


Екатеринбург
+7 (343) 236-62-67

Москва
+7 (495) 668-07-31

Нижний Новгород
+7 (831) 429-01-27

Новосибирск
+7 (383) 202-21-91

Пермь
+7 (342) 270-01-68

Санкт-Петербург
+7 (812) 647-06-40

Челябинск
+7 (351) 202-13-40


Политика информационной безопасности