RU   EN

print

Российский суд: бессмысленный и формальный-3

Роман Речкин, ИНТЕЛЛЕКТ-С, продолжает серию заметок российском правосудии в своем блоге на портале Zakon.Ru.

Роман Речкин о судебных актах, которые невозможны с точки зрения закона и здравого смысла. Однако они существуют.

В своих заметках цикла «Российский суд: бессмысленный и формальный» (первая заметка, вторая заметка) я описываю дела, которые, на мой взгляд, показательны для нашей судебной системы. То есть иллюстрируют подход, который, к сожалению, представляется мне типичным (нормальным, обычным) для российских судов.

Описанная ниже ситуация также показательна, аналогичные дела рассмотрены различными судами и показывают «температуру по больнице» в целом. То, что происходит в судах в реальной, настоящей России (не в Москве), пока (и несмотря на то, что) Верховный Суд РФ принимает умные, нужные и правильные постановления Пленума.

Относительно недавно Верховный Суд РФ пресек «белгородскую тему»: взыскание с гражданина налога исключительно на основании документов о понесенных им расходах, без проведения налоговой проверки, без соблюдения налоговым органом процедур и без доказывания получения дохода. Схему «относительно честного» пополнения бюджета удалось пресечь только на уровне Верховного Суда РФ, Белгородский областной суд до этого несколько лет штамповал решения о взыскании с граждан такого НДФЛ.

Дело, которому посвящена эта заметка, схоже с «белгородской темой» своей «беспредельностью», тем, что такие судебные акты с точки зрения закона и здравого смысла невозможны, однако они есть.

Речь о взыскании с гражданина — бывшего директора организации — налогов, начисленных организации в качестве «ущерба, причиненного преступлением». В ситуации, когда приговора по ст.199 УК РФ нет, уголовное дело либо прекращено по давности, либо вообще не возбуждалось (по этому же основанию).

Есть проведенная выездная налоговая проверка организации, доначисленные организации налоги, которые не уплачены вследствие отсутствия у налогоплательщика имущества (иногда организация в банкротстве, иногда — исключена из ЕГРЮЛ, иногда — вообще действующая, даже не в ликвидации). Исполнительное производство окончено невозможностью исполнения, лист возращен налоговому органу. Кроме того, по этой недоимке есть постановление следователя либо о прекращении уголовного дела по пропуску давности привлечения, либо об отказе в возбуждении уголовного дела — по этому же основанию, давность прошла.

Далее налоговый орган обращается в районный суд (в гражданском производстве) с исковым заявлением о взыскании лично с бывшего директора начисленных организации налогов (а также пени) в качестве «убытков, причиненных бюджету преступлением» со ссылкой на ст.ст. 15, 1064 Гражданского кодекса РФ.
И... суды в основном такие иски удовлетворяют!

Например, в апелляционном определении Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 сентября 2015 года по делу №33-13118/2015 апелляционный суд указал:

«Как следует из материалов настоящего гражданского дела, уголовное дело по обвинению ШАВ прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Согласно постановлению о прекращении уголовного дела, вина ответчика в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.199.1 Уголовного кодекса РФ, а именно – неисполнение обязанностей налогового агента по перечислению в бюджет удержанного налога на доходы физических лиц в сумме ... руб., то есть в крупном размере, нашла свое подтверждение. Данное постановление принято на основании ходатайства обвиняемого, им не обжаловано.

Из искового заявления следует, что МИФНС, требуя возмещения ответчиком вреда, причиненного государству преступлением, в качестве правовых оснований указало на положения ст.ст. 1064, 1068 Гражданского кодекса РФ, регулирующие общие правила возмещения вреда.

При этом, исходя из уголовно-процессуального законодательства, прекращение уголовного дела и освобождение лица от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности не освобождает виновного от обязательств по возмещению причиненного ущерба и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства.

Как разъяснено в п.24 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2006 №64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», истцами по гражданскому делу могут выступать налоговые органы, а в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с законодательством несет ответственность за вред, причиненный преступлением.

Из материалов дела следует, что именно противоправные действия ответчика ШАВ, направленные на уклонение от уплаты налогов, привели к невозможности исполнения организацией обязательств по уплате налога.

В период с ___ по ___ ответчик являлся генеральным директором ООО «...», осуществлял распоряжение финансовыми средствами предприятия.

Из положений п.1 ст.27 Налогового кодекса РФ следует, что законными представителями налогоплательщика-организации признаются лица, уполномоченные представлять указанную организацию на основании закона или ее учредительных документов.

При этом лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, по смыслу гражданского законодательства несет ответственность, если при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, ущерб РФ в виде неуплаченных налогов причинен ответчиком, как физическим лицом, руководящим и возглавляющим данное юридическое лицо, в соответствии со ст.27 Налогового кодекса РФ являющимся его законным представителем.

Неверными являются и выводы суда о необоснованности заявленных требований ввиду отсутствия приговора в отношении ответчика.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих определениях (№1470-О от 17.07.2012, №786-О от 28.05.2013 и др.), прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности не освобождает виновного от обязательств по возмещению нанесенного ущерба и компенсации причиненного вреда и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства.

С прекращением уголовного дела по нереабилитирующему основанию ответчик был согласен, постановление не обжаловал, то есть, имея право на судебную защиту и публичное состязательное разбирательство дела, ответчик сознательно отказался от доказывания незаконности уголовного преследования и связанных с этим негативных для него правовых последствий, в том числе, в виде необходимости возмещения вреда, причиненного неуплатой налогов в объеме, указанном в постановлении о прекращении уголовного дела.

При таких обстоятельствах оспариваемое решение подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований МИФНС и взыскании с ШАВ в доход федерального бюджета в счет возмещения вреда, причиненного преступлением...».

Чтобы вы не думали, что удовлетворение таких исков налогового органа — это «разовое» решение, одного суда по одному делу, вот вам реквизиты судебных актов, в которых поддержана позиция налогового органа о взыскании «убытков»:

  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Мордовия от 25 октября 2011 года.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 10 октября 2012 года по делу №33-2950/2012.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Коми от 24 декабря 2012 года по делу №33-5859/2012.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 28 октября 2013 г. по делу №11-10567/2013.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 03 декабря 2013 года по делу №33-6192/2013.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Коми от 09 апреля 2015 года по делу №33-1112/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05 июня 2015 года по делу №33-7493/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 21 июля 2015 года по делу №33-9249/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 12 августа 2015 года по делу № 33-11505/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 21 августа 2015 года по делу №33-12383/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 07 сентября 2015 года по делу №33-11204/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 сентября 2015 года по делу №33-13118/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 сентября 2015 года по делу №33-13225/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 16 октября 2015 года по делу №33-14875/2015.
  • Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 08 июня 2016 года по делу №33-9371/2016.

В процитированной позиции Свердловского областного суда прекрасно все... включая даже прямое искажение текста п.24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 декабря 2006 года №64.

Во-первых, изящно обойден вопрос о праве налогового органа на такой иск. Который подан налоговым органом «в защиту интересов Российской Федерации», что допускается только в случаях, прямо предусмотренных законом (п.2 ст.4 ГПК РФ). Причем ст.31 НК РФ, которая определяет права налоговых органов, права на подачу «иска о взыскании ущерба, причиненного преступлением» не содержит.

Проблема с отсутствием у налогового органа права на такой иск была обойдена судами очень просто: есть постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 декабря 2006 г. №64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», в нем есть п.24, в силу которого налоговый орган по делам по ст.199 УК РФ в уголовном процессе может выступать в качестве гражданского истца. Но если к вопросу в интересах бюджета подойти творчески... раз налоговики могут быть гражданским истцом в уголовном процессе — ну пусть и гражданский иск предъявляют, в гражданском деле. То, что право на иск в гражданском деле основано на Пленуме ВС РФ о практике применения судами уголовного законодательства, российские суды вообще не смущает.

Кроме того, в качестве «вишенки на торте», областной суд творчески подправил текст Постановления Пленума: ВС РФ указал, что налоговые органы могут выступать «истцами по данному гражданскому иску» (в уголовном процессе, естественно), а в редакции Свердловского областного суда налоговый орган может быть «истцом по гражданскому делу». Одно слово — а как все меняется!)))

Во-вторых, мягко обойден молчанием вопрос о правовой природе «убытков в виде неуплаченных налогов». Как мы знаем, в силу п.3 ст.2 Гражданского кодекса РФ, к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.

Исходя из этого, гражданское законодательство (включая нормы ГК РФ об убытках) к налоговым отношениям не применяется: в налоговом праве нет и не может быть «убытков» и «ущерба», к налоговым отношениям не применяются ни ст.15, ни ст.1064 Гражданского кодекса РФ. Но я, к сожалению, не уверен, что судьи, которые взыскали «убытки в виде неуплаченных налогов», вообще способны воспринять ссылку на ст.2 ГК РФ.

В-третьих, указав, что руководитель организации в силу прямого указания закона признается ее законным представителем (п.1 ст.27 Налогового кодекса РФ), суды фактически возложили на представителя ответственность за действия представляемого. Что гражданским законодательством явно не предусмотрено. Наоборот, в силу п.1 ст.1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. То есть за действия своих работников, по общему правилу, отвечает организация (работодатель), а не лично руководитель (единоличный исполнительный орган) организации. Норм о личной ответственности руководителя организации перед третьими лицами за любые действия работников гражданское законодательство не содержит.

И, наконец, в-четвертых, суды откровенно «подвинули» и Конституцию РФ, причем, по иронии, со ссылками на сам Конституционный Суд РФ.

Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (п.1 ст.49 Конституции РФ).

В данном случае вступивший в законную силу приговор суда в отношении бывшего директора, которым могли бы быть установлены сам факт преступления и виновность бывшего директора в его совершении, отсутствует.

Причем Конституционный Суд РФ сложно в чем-то упрекнуть, в постановлении от 28 октября 1996 года №18-П он особо указал, что решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст.49 Конституции РФ.

Взыскать с лица «ущерб, причиненный преступлением» без обвинительного приговора (то есть в отсутствие доказательств преступления), на мой взгляд, невозможно. Но и не такие задачи способны решить наши суды в интересах бюджета... Бывший директор же постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (о прекращении уголовного дела) не обжаловал, то есть согласился с прекращением уголовного дела по нереабилитирующему основанию. Значит, по понятиям, признал вину в совершении преступления. И сформулировано это даже красиво: «...имея право на судебную защиту и публичное состязательное разбирательство дела, ответчик сознательно отказался от доказывания незаконности уголовного преследования и связанных с этим негативных для него правовых последствий, в том числе, в виде необходимости возмещения вреда, причиненного неуплатой налогов в объеме, указанном в постановлении о прекращении уголовного дела».

Ну и что, что приговора нет, признание — «царица доказательств» (Вышинский, кстати, этого не говорил, это древнеримские юристы говорили: regina probationum). А что касается «публичного состязательного разбирательства дела», это они про 0,8% оправдательных приговоров, видимо.

Для солидности, чтобы игнорирование Конституции РФ не выглядело совсем уж демонстративным, суды сослались на акты самого КС РФ, а именно, на определения Конституционного Суда РФ от 28 мая 2013 г. №786-О и от 17 июля 2012 г. №1470-О. В них КС РФ действительно указывает, что прекращение уголовного дела по давности само по себе не лишает потерпевшего права на взыскание ущерба в гражданско-правовом порядке.

Но, во-первых, ни в одном из этих дел КС РФ ничего не сказал про право налогового органа взыскивать «ущерб, причиненный преступлением». Ни одно из этих дел не касается ст.199 УК РФ и налогового органа. В обоих случаях речь идет о преступлениях против личности и взыскании ущерба самим потерпевшим либо, в случае смерти потерпевшего, — его родственниками.

Во-вторых, и это самое главное, ни в одном из этих дел КС РФ не согласился с возможностью без обвинительного приговора взыскивать «ущерб, причиненный преступлением». Да еще и взыскивать его автоматически, со ссылкой на установление факта преступления и виновности лица в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела или о прекращении уголовного дела.

Справедливости ради нужно сказать, что практика рассмотрения таких дел по России все-таки не всегда в пользу бюджета. Например, отказывают в удовлетворении таких исков налогового органа в Архангельске (апелляционное определение Архангельского областного суда от 05 февраля 2015 года по делу №33-501/2015), Самаре (апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 19 сентября 2013 г. по делу №33-8898/2013), в Республике Бурятия (апелляционные определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия от 20 ноября 2013 г. по делу №33-4009/2013 и от 17 февраля 2014 г. по делу №33-960/2014) и в Иркутске (апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 03 декабря 2013 г. по делу №33-9792/2013).

При этом особо хочу сказать про «родную» Свердловскую область. Дело в том, что в Свердловской области районные и городские суды до весны 2015 года в удовлетворении таких исков часто отказывали. Более того, отказ во взыскании «убытков в виде неуплаченных организацией налогов» поддерживала и апелляционная инстанция Свердловского областного суда (см., например, апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 04 марта 2015 года по делу №33-2048/2015, апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 25 июля 2014 года по делу №33-9255/2014 и др.).

Но весной 2015 года одно из таких дел было пересмотрено Свердловским областным судом в кассационном порядке: постановлением Президиума Свердловского областного суда от 22 апреля 2015 года по делу №44у-50/2015 решение и апелляционное определение, вынесенные в пользу ответчика, были отменены, иск налогового органа удовлетворен (страна должна знать своих героев: председательствующий Т.П. Баландина и члены президиума В.А. Дмитриев, Г.И. Кризский, В.Н. Курченко, В.В. Разбойников).

Аналогично был разрешен спор в постановлении Президиума Свердловского областного суда от 03 июня 2015 года по делу №44-У-92/2015. Это дело даже вошло в Бюллетень судебной практики Свердловского областного суда по уголовным делам за II квартал 2015 года.

В итоге, с точки зрения закона и здравого смысла, взыскание с бывшего директора организации начисленных ей налогов в качестве «убытков, причиненных преступлением» невозможно, однако такие иски в России суды в основном удовлетворяют.

Источник: Zakon.Ru

налоговое право, налоговые споры

Похожие материалы

Юридические услуги, разрешение споров, патентные услуги, регистрация товарных знаков, помощь адвокатаюридическое сопровождение банкротства, услуги арбитражного управляющего, регистрационные услуги для бизнеса


Екатеринбург
+7 (343) 236-62-67

Москва
+7 (495) 668-07-31

Нижний Новгород
+7 (831) 429-01-27

Новосибирск
+7 (383) 202-21-91

Пермь
+7 (342) 270-01-68

Челябинск
+7 (351) 202-13-40


Политика информационной безопасности