RU   EN

print

*Данный материал старше трёх лет. Вы можете уточнить у автора степень его актуальности.

Право хозяйственного ведения

Хозяйственное ведения унитарного предприятия по законодательству РФ.

Несмотря на декларируемое властью стремление уменьшить присутствие государства в экономике, на практике в гражданском обороте выступают до 10 тыс. унитарных предприятий, включая дочерние унитарные предприятия.

Статус и специфика деятельности унитарного предприятия определяется прежде всего тем, что «имущество унитарного предприятия принадлежит ему на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления, является неделимым и не может быть распределено по вкладам (долям, паям), в том числе между работниками унитарного предприятия.» (абз. 3 п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об унитарных предприятиях»).

При этом, имущество на праве хозяйственного ведения может принадлежать только за государственным или муниципальным унитарным предприятием.

Акционерное общество обратилось в арбитражный суд с иском о признании за ним права хозяйственного ведения на занимаемое нежилое помещение, не вошедшее в уставный капитал.

При рассмотрении дела арбитражный суд исходил из следующего.

Согласно статье 294 Гражданского кодекса Российской Федерации государственное имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения государственному или муниципальному унитарному предприятию.

Акционерное общество, созданное в порядке приватизации, не является государственным предприятием и поэтому имущество не может быть закреплено за ним на праве хозяйственного ведения.

В этой связи арбитражный суд правомерно отказал в удовлетворении исковых требований - п.11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.04.97 г. № 13 [1].

По мнению О. Шилохвоста [2], в отношении имущества, приобретенного учреждением на доходы от разрешенной учредительными документами предпринимательской деятельности (абз. 2 п. 3 ст. 50 ГК) учреждению предоставлено «право самостоятельного распоряжения» (п. 2 ст. 298 ГК). Поскольку законодатель, к сожалению, не дает указаний о содержании, порядке приобретения, правомочиях обладателя такого права, необходимо отождествить «право самостоятельного распоряжения» с одним из вещных прав, предусмотренных ГК. Систематическое толкование норм ст. ст. 120, 213, 294, 295, 298 ГК РФ, по мнению О.Шилохвоста, позволяет сделать вывод о том, что данное вещное право по своему содержанию является правом хозяйственного ведения. Представляется вполне естественным, что в отношении доходов от разрешенной предпринимательской деятельности учреждению предоставляются более широкие правомочия, чем в отношении имущества, выделенного ему по смете. Таким образом, если предусмотренная Законом РФ «Об образовании» «собственная деятельность образовательного учреждения» является разрешенной предпринимательской деятельностью, то доходы от нее и приобретенное на эти доходы имущество будут принадлежать учреждению не на праве собственности (п. 7 ст. 39 закона), а на праве хозяйственного ведения.

Представляется, что с данным мнением нельзя согласиться. Ст. 120 ГК РФ устанавливает, что права учреждения на закрепленное за ним имущество определяются в соответствии со ст. 296 ГК РФ (то есть на праве оперативного управления). Пункт 2 ст. 299 ГК РФ определяет, что плоды, продукция и доходы от использования имущества, а также имущество, приобретенное учреждением по договору или иным основаниям, поступают в оперативное управление учреждения. Таким образом, из норм ГК РФ никаким образом не усматривается возможность для учреждения быть субъектом права хозяйственного ведения. Представляется, что учреждение субъектом права хозяйственного ведения быть не может.

Пункт 1 ст. 24 Закона РФ от 08.12.95 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» устанавливает, что профсоюзы, их объединения (ассоциации), первичные профсоюзные организации, наряду с имуществом, принадлежащими им на праве собственности, владеют и пользуются переданным им в установленном порядке в их хозяйственное ведение иным имуществом. Данная норма, безусловно, противоречит ГК РФ и применяться не может. Профсоюз, по действующему законодательству, не может быть субъектом права хозяйственного ведения.

Таким образом, на основании анализа действующего законодательства и судебной практики можно достаточно уверенно сделать вывод о том, что субъектом права хозяйственного ведения может быть только государственное (муниципальное) унитарное предприятие.

Следовательно, для определения статуса унитарного предприятия необходимо, прежде всего, определить понятие права хозяйственного ведения, пределы и ограничения указанного титула.

В соответствии со ст. 294 ГК РФ право хозяйственного ведения - это право государственного или муниципального унитарного предприятия владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом собственника в пределах, установленных законом или иными правовыми актами.

То есть, предприятие обладает по отношению к имуществу правомочиями, аналогичными правомочиям собственника, но в определенных, установленных законом пределах. Границы данного права сужены.

Право хозяйственного ведения возникает у предприятия, в соответствии с п.2 ст.299 ГК РФ, с момента передачи имущества предприятию, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или решением собственника.

По общему правилу (п. 2 ст. 8 ГК РФ), право хозяйственного ведения на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации права хозяйственного ведения по Федеральному закону «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

Однако, в соответствии с п. 2 ст. 13 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», уставный фонд считается сформированным с момента ... передачи в установленном порядке государственному или муниципальному предприятию иного имущества, закрепляемого за ним на праве хозяйственного ведения, в полном объеме. Таким образом, при передаче недвижимого имущества в качестве вклада в уставный капитал предприятия после 03 декабря 2002 года (дата вступления в силу Федерального закона «Об унитарных предприятиях»), право хозяйственного ведения на указанное имущество возникает с момента передачи такого имущества.

Объектом данного вещного права являются те виды имущества, включая здания, сооружения, оборудование, инвентарь, права требования и т.д., которые переданы предприятию и предназначены для его деятельности. В силу абз. 2 п.1 ст. 48, ст.216 ГК РФ право хозяйственного ведения прямо отнесено Кодексом к вещным правам, то есть ему свойственны все признаки вещного права. В.В.Чубаров [3] выделяет ряд отличительных признаков вещных прав по российскому законодательству:

  • круг вещных прав в отличие от обязательственных исчерпывающим образом назван самим законом (ст. 209, 216 ГК). Лицо не вправе по своему усмотрению создавать новые разновидности вещных прав;
  • вещное право, в отличие от обязательственного, является разновидностью абсолютного права, т.е. его обладателю (право собственности, право хозяйственного ведения и т.п.) противостоит неограниченный круг субъектов, обязанных не нарушать его право на вещь;
  • наличие у владельца вещного права правомочия следования. Оно означает, что обладатель вещного права продолжает сохранять его и тогда, когда вещь переходит к новому владельцу. Например, предприятие, которое с разрешения собственника сдало имущество в аренду, продолжает оставаться титульным владельцем и вправе истребовать вещь из чужого незаконного владения;
  • вещных права являются бессрочными. Такой их характер объясняется природой вещного права, возможностью обладателя этого права удовлетворять свои потребности прежде всего путем неограниченного распоряжения вещью в своих личных интересах;
  • отличительным признаком, позволяющим отграничить вещное право от других абсолютных прав является его объект. Объектом вещного права служит индивидуально - определенное имущество - п. 16 Обзора практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав [4].

Законодательство Российской Федерации, существовавшее до введения в действие первой части ГК (до 1 января 1995 г.), определяло для государственных и муниципальных предприятий объем прав по управлению имуществом как право полного хозяйственного ведения. В ГК (ст. 113 - 114, 294) по этому вопросу используется формулировка «право хозяйственного ведения». Исключение слова «полное» свидетельствует о том, что права таких предприятий по самостоятельному использованию и распоряжению имуществом ограничены.

Таким образом, УП могут пользоваться и распоряжаться имуществом, которым они наделены на праве хозяйственного ведения (с ограничением отдельных прав, которыми они обладали при полном хозяйственном ведении). УП, созданные ранее на праве полного хозяйственном ведении, до их реорганизации должны, согласно Указу Президента РФ «О реформе государственных предприятий» от 23 мая 1994 г. № 1003 [5], руководствоваться действующим законодательством об УП.

Исходя из вышесказанного, субъект права хозяйственного ведения имеет следующие правомочия по осуществлению своего права:

1. Право владеть переданным ему собственником имуществом, то есть осуществлять фактическое обладание этим имуществом.

Данное правомочие законодательством не ограничивается. Представляется, что данное правомочие, поскольку оно лежит в основе права, ограничено быть не может. Кодекс не предусматривает возможности для учредителя-собственника (если речь не идет о казенном предприятии, основанном на праве оперативного управления) произвольно ограничивать правомочия по владению закрепленным за унитарным предприятием имуществом, в частности, изымать его без согласия предприятия (если речь не идет о его ликвидации или реорганизации).

В этой связи указание на возможность изъятия у предприятия имущества, используемого им не по целевому назначению, содержащееся в п. 7 Постановления Правительства Российской Федерации от 10.02.94 № 96 «О делегировании полномочий Правительства Российской Федерации по управлению и распоряжению объектами федеральной собственности», не соответствует Гражданскому кодексу, а потому не подлежит применению (п. 5 ст. 3 ГК РФ).

Унитарное предприятие может в судебном порядке требовать защиты нарушенного права хозяйственного ведения путем предъявления иска о признании права хозяйственного ведения к лицу, нарушающему это право, включая и собственника - Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28.04.97 г. № 13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» [6].

2. Право пользоваться имуществом, то есть возможность извлекать полезные свойства, плоды и доходы.

В ст. 136 ГК РФ установлено, что право собственности на плоды, продукцию и доходы, полученные в результате эксплуатации имущества, принадлежит лицу, использующему такое имущество на законном основании. Такое же правило закреплено в п.2 ст. 299 ГК РФ: плоды, продукция и доходы от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении предприятия, поступают в хозяйственное ведение предприятия (и, естественно, в собственность учредителя предприятия). В связи с этим представляется по крайней мере спорной установленная муниципальными актами г. Екатеринбурга практика, когда муниципальное предприятие по договору платит муниципалитету за использование муниципального имущества, то есть фактически передает муниципалитету часть доходов, полученных от использования имущества. Более того, за просрочку внесения такой платы в типовом договоре о передаче имущества на праве хозяйственного ведения установлена неустойка в размере 0,3 % от суммы квартальных платежей в день. Видимо о такой ситуации говорит п. 39 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 6/8, по которому условия договоров, заключенных между собственником соответствующего государственного (муниципального) имущества и предприятием, которые изменяют характер и пределы указанных правомочий, являются ничтожными.

Однако, в соответствии с абз.2 п.1 ст.295 ГК РФ, собственник имеет право на получение части прибыли от использования имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 17 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», государственное или муниципальное предприятие ежегодно перечисляет в соответствующий бюджет часть прибыли, остающейся в его распоряжении после уплаты налогов и иных обязательных платежей, в порядке, в размерах и в сроки, которые определяются Правительством Российской Федерации, уполномоченными органами государственной власти субъектов Российской Федерации или органами местного самоуправления.

По п. 3 ст. 58 Областного закона «Об управлении государственной собственностью Свердловской области», Свердловская область, как собственник имущества, имеет право на получение части прибыли от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении областного государственного предприятия. Указанная часть прибыли взимается в форме отчислений от прибыли областных государственных предприятий в порядке, предусмотренном областным законом, и поступает в областной бюджет.

Одним из пределов осуществления права пользования предприятия являются предмет и цели его деятельности (п. 1 ст. 113 ГК). В частности, специальный характер правоспособности УП в сравнении с правоспособностью других юридических лиц подчеркивается в ст. 49 ГК РФ. В силу п. 1 ст. 3 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», унитарное предприятие может иметь гражданские права, соответствующие предмету и целям его деятельности, предусмотренным в уставе этого унитарного предприятия, и нести связанные с этой деятельностью обязанности.

Поэтому предприятие обязано использовать имущество в соответствии с целями деятельности УП, определенными в его уставе. Если действия УП приводят к невозможности использовать имущество по назначению либо ограничивают возможности предприятия в выполнении уставных задач, соответствующие сделки по иску собственника имущества или уполномоченного им лица могут быть признаны судом недействительными - п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 17 сентября 1992 г. «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о собственности» [7].

3. Право распоряжения переданным имуществом, которое ограничено ГК РФ более всего. Более того, осуществление правомочий, принадлежащих унитарному предприятию, может быть дополнительно ограничено специальным законом или даже иными правовыми актами.

Согласно п.2 ст. 295 ГК РФ, предприятие не вправе самостоятельно распоряжаться принадлежащим ему на праве хозяйственного ведения недвижимым имуществом без согласия собственника.

Это правило конкретизировано п. 2 ст. 18 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», согласно которому государственное или муниципальное предприятие не вправе продавать принадлежащее ему недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества или иным способом распоряжаться таким имуществом без согласия собственника имущества государственного или муниципального предприятия.

По общему правилу (п. 1 ст. 18 указанного закона), предприятие распоряжается движимым имуществом, принадлежащим ему на праве хозяйственного ведения, самостоятельно, за исключением случаев, установленных указанным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

При этом право унитарного предприятия по самостоятельному распоряжению принадлежащим ему движимым имуществом очень сильно ограничено Федеральным законом «Об унитарных предприятиях».

Так, согласно абз. 1 п. 4 ст. 18 указанного закона, предприятие не вправе без согласия собственника совершать сделки, связанные с предоставлением займов, поручительств, получением банковских гарантий, с иными обременениями, уступкой требований, переводом долга, а также заключать договоры простого товарищества.

Кроме того, Уставом государственного или муниципального предприятия могут быть предусмотрены виды и (или) размер иных сделок, совершение которых не может осуществляться без согласия собственника имущества такого предприятия (абз. 2 п. 4 ст. 18 указанного закона).

Решением Екатеринбургской городской думы от 15 апреля 1997 г. № 16/4 было утверждено Положение «О закреплении за муниципальным унитарным предприятием имущества на праве хозяйственного ведения». По п. 10 указанного Положения, сделки с находящимся на балансе предприятия движимым имуществом, имеющим стоимость свыше ста минимальных размеров оплаты труда, установленных законом на дату предполагаемого совершения сделки, а также списание данного имущества с баланса предприятия, могут производиться только с согласия Комитета по управлению имуществом г. Екатеринбурга. Поскольку приведенное положение является «иным нормативным актом», которым, в соответствии с п. 1 ст. 18 Федеральным законом «Об унитарных предприятиях», могут устанавливаться подобные ограничения, данное правило необходимо учитывать при заключении сделок с муниципальными унитарными предприятиями г. Екатеринбурга.

В соответствии с п. 5 ст. 25 Закона Свердловской области от 12.02.98 г. № 5-ОЗ «О внесении изменений и дополнений в Областной закон «Об управлении государственной собственностью Свердловской области»: решения Правительства Свердловской области об отчуждении по договорам купли - продажи, безвозмездной передачи имущества и мены объектов областной собственности, приносящих доходы, а также имущества, балансовая (оценочная) стоимость которого не менее чем в пятьдесят тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда, либо о даче согласия областным государственным предприятиям на отчуждение таких объектов или имущества могут быть приняты только после получения согласия Областной Думы Законодательного Собрания Свердловской области.

Однако, при этом необходимо учитывать, что в соответствии с подп. 10 п. 1 ст. 20 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», согласие на распоряжение недвижимым имуществом, а в случаях, установленных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или уставом унитарного предприятия, на совершение иных сделок, дает собственник имущества унитарного предприятия.

В соответствии с п. 3 ст. 9 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», сведения об органе или органах, осуществляющих полномочия собственника имущества унитарного предприятия, унитарного предприятия должны содержатся в Уставе предприятия.

Поскольку на практике в Уставе предприятия в качестве органа, осуществляющего полномочия собственника имущества унитарного предприятия, указывается орган исполнительной власти (Министерство по управлению государственным имуществом Свердловской области, Министерство сельского хозяйства и продовольствия Свердловской области и т.п.), представляется, указанная норма областного закона противоречит федеральному законодательству.

Кроме того, данная норма областного закона, преследуя благие цели защиты и сохранения областной собственности, противоречит конституционному принципу разделения властей.

Рассматривая ограничения прав унитарного предприятия по распоряжению принадлежащим ему имуществом, особое внимание необходимо обратить на правило п. 3 ст. 18 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», согласно которому движимым и недвижимым имуществом предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными.

При этом, и «лишение предприятия возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены его уставом», и соответствие конкретной сделки «целям, предмету, видам, определенным уставом предприятия» являются оценочными категориями, содержание которых может быть определено только исходя из конкретных обстоятельств дела.

На практике контрагент предприятия, заключая с последним какую-либо сделку, как правило, не обладает бухгалтерской, финансовой и иной внутренней информацией о статусе и состоянии унитарного предприятия, поэтому оценить наличие указанных обстоятельств не в состоянии.

Следовательно, указанное правило сформулировано произвольно, порождает возможность злоупотреблений со стороны унитарного предприятия, нарушая, в конечном счете, принцип устойчивости гражданского оборота.

В соответствии с п. 1 ст. 22 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», сделка, в совершении которой имеется заинтересованность руководителя унитарного предприятия, не может совершаться унитарным предприятием без согласия собственника имущества унитарного предприятия.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность руководителя унитарного предприятия и которая совершена с нарушением требований, предусмотренных указанной статьей, может быть признана недействительной по иску унитарного предприятия или собственника имущества унитарного предприятия.

Согласно ст. 23 Федерального закона «Об унитарных предприятиях», крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения унитарным предприятием прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более десяти процентов уставного фонда унитарного предприятия или более чем в 50 тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда.

Решение о совершении крупной сделки также принимается с согласия собственника имущества унитарного предприятия.

Необходимость получения согласия собственника на совершение сделки по отчуждению имущества, стоимость которого превышает более чем в 50 тысяч раз установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда (то есть, составляет более 5 млн. рублей) представляется, безусловно, разумной и оправданной. Вместе с тем, крупной сделкой признается также сделка, связанная с отчуждением или возможностью отчуждения предприятием имущества, стоимость которого составляет более десяти процентов уставного фонда унитарного предприятия. С учетом того, что минимальный размер уставного фонда унитарного предприятия может быть определен собственником в размере 500 000 рублей (п. 3 ст. 12 Федерального закона «Об унитарных предприятиях»), на практике под определение крупных будут подпадать большинство текущих сделок предприятия.

Кроме приведенных выше ограничений законодательство устанавливает и иные, специальные, ограничения прав субъекта права хозяйственного ведения по распоряжению имуществом.

  • В соответствии со статьей 4 Федерального закона «О федеральном железнодорожном транспорте» Правительство РФ своим Постановлением от 21.03.96 г. (в ред. от 31.12.97 г.) № 1670 установило, что продажа железнодорожного подвижного состава и контейнеров (то есть движимого имущества), относящихся к федеральной собственности, гражданам и юридическим лицам с изменением формы собственности осуществляется предприятиями федерального железнодорожного транспорта, за которыми это имущество закреплено на праве хозяйственного ведения. При этом продажа подвижного состава с не истекшими нормативными сроками службы, а также контейнеров грузоподъемностью 20 тонн и выше осуществляется в каждом конкретном случае по разрешению Министра путей сообщения Российской Федерации или его заместителей.
  • Ипотека, в соответствии с п. 1 ст. 6 Закона РФ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» от 24.07.97 г. № 102-ФЗ, может быть установлена на имущество, которое принадлежит залогодателю на праве хозяйственного ведения. Согласно п.3 ст. 6 указанного Закона, если предметом ипотеки является имущество, на отчуждение которого требуется согласие или разрешение другого лица или органа, такое же согласие или разрешение необходимо для ипотеки этого имущества.
  • Пункт 1 ст. 576 ГК РФ устанавливает ограничения дарения имущества, принадлежащего на праве хозяйственного ведения. Юридическое лицо вправе подарить вещь с согласия собственника, если законом не предусмотрено иное. Это ограничение не распространяется на обычные подарки небольшой стоимости. Ограничение дарения имущества, принадлежащего юридическому лицу на праве хозяйственного ведения, является изъятием из общих правил, предусмотренных в ст. 295 ГК. Последняя ограничивает предприятие по распоряжению только недвижимым имуществом. Поскольку остальным имуществом предприятие может распоряжаться самостоятельно, «за исключением случаев, установленных законом», нужно полагать, что комментируемое положение относится к такому исключению.
  • Исключение из общего правила предусмотрено Федеральным законом от 20 июля 1995 г. «О федеральном железнодорожном транспорте» (СЗ РФ, 1995, № 35, ст. 3505), согласно которому недвижимое имущество, принадлежащее на праве хозяйственного ведения предприятиям железнодорожного транспорта, может сдаваться в аренду с согласия федерального органа исполнительной власти в области железнодорожного транспорта (абз. 3 п. 2 ст. 4 указанного Закона), то есть с согласия Министерства путей сообщения РФ.
  • Вопросы сдачи в аренду объектов недвижимости, относящихся к собственности муниципальных органов, решаются этими органами (ст. 6 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» [8].
  • В соответствии с п.3 ст. 1013 ГК РФ, имущество, находящееся в хозяйственном ведении, не может быть передано в доверительное управление. Передача в доверительное управление имущества, находившегося в хозяйственном ведении или оперативном управлении, возможна только после ликвидации юридического лица, в хозяйственном ведении которого имущество находилось, либо прекращения права хозяйственного ведения и поступлении имущества во владение собственника по иным предусмотренным законом основаниям. Как пишет В.А. Дозорцев в Комментарии к части второй ГК РФ под ред. О.М. Козыря, право хозяйственного ведения уже предполагает осуществление его носителями правомочий собственника. Эти правомочия не могут быть вторичными, осуществляемыми во втором звене. Поэтому для учреждения управления имуществом, состоящим в хозяйственном ведении, этот режим должен быть прекращен: если необходимо, соответствующие организации должны быть ликвидированы, а имущество передано в управление на первичной основе.

Право учреждения управления государственным имуществом имеют те органы, которые осуществляют властные полномочия государства - собственника по определению его юридической судьбы. Режим доверительного управления имуществом призван заместить хозяйственное ведение и оперативное управление, а не существовать в качестве дополнительной надстройки наряду с ними, образуя еще одно звено в управлении, дробя осуществление правомочий собственника на несколько последовательных звеньев.

Право хозяйственного ведения или оперативного управления имуществом прекращается по общим нормам о прекращении права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества по решению собственника (п. 2 ст. 296 ГК).

Представляется, что правовая природа права хозяйственного ведения порождает противоречия между п.2 ст.299 ГК РФ, в силу которой имущество, приобретенное унитарным предприятием по договору или иным основаниям, поступает в хозяйственное ведение этого предприятия, и нормами договорного права, например, п.1 ст. 454 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) именно в собственность другой стороне (покупателю). В силу же ст. 299 ГК РФ, предприятие, являясь покупателем по договору купли-продажи, приобретает не право собственности, а право хозяйственного ведения. Причем в этих случаях, за исключением тех из них, когда должно действовать законодательство о приватизации, применяются общие правила о приобретении или прекращении права собственности (пп. 2 и 3 ст. 299 ГК РФ). Также нужно учитывать, по нашему мнению, что смысл договора купли-продажи с момента его возникновения и по настоящее время заключается в передаче имущества на наиболее абсолютном праве - праве собственности.

При заключении мены государственными и муниципальными унитарными предприятиями в силу договора передается или возникает право хозяйственного ведения, хотя ст. 567 ГК РФ говорит о том, что по договору мены каждая из сторон обязуется передать товар в собственность другой стороне.

Такая же нестыковка возникает и в договоре займа. Заем является договором, по которому деньги или иные вещи, определяемые родовыми признаками, передаются займодавцем в собственность заемщику (п. 1 ст. 807). В случаях, когда заемщиком выступает унитарное предприятие или учреждение, заемные средства поступают в их хозяйственное ведение. Договором или нормативными правилами могут быть установлены отдельные особенности использования и учета заемных средств. Это, однако, не затрагивает принципиального положения о том, что заемные средства наряду с так называемыми собственными средствами заемщика находятся у него на праве хозяйственного ведения. На заемные средства, в частности, наряду с другим имуществом, принадлежащим заемщику, может быть обращено взыскание по его обязательствам, среди которых задолженность перед займодавцем может оказаться лишь одним из многих долгов.

Кроме того, использованная в ГК РФ схема, по которой предприятие, являясь, например, покупателем, приобретает не право собственности, а право хозяйственного ведения, порождает еще одно противоречие. Дело в том, что по договору купли-продажи, заключенному унитарным предприятием, право собственности приобретает учредитель предприятия - РФ, субъект РФ или муниципалитет. Но приобретает учредитель право собственности независимо от своего желания и без какого-либо волеизъявления с его стороны. Таким образом, право, в данном случае, приобретается фактически принудительно, что, безусловно, противоречит самой природе права как меры возможного поведения.

Право хозяйственного ведения, как представляется, преследует две взаимоисключающие цели. С одной стороны - обеспечить участие государственной и муниципальной собственности в хозяйственном обороте, а с другой - обеспечить сохранение публичной собственности путем создания искусственных препятствий для свободного распоряжения ею. Конструкция права хозяйственного ведения представляет из себя компромисс между гражданско-правовой свободой распоряжения собственностью и неизбежными административно-правовыми ограничениями прав владельца публичной собственности. Право хозяйственного ведения обеспечивает участие несобственников в хозяйственном обороте.

Между тем тезис о возможности участия несобственников в экономическом обороте не является бесспорным. Наиболее определенно и жестко в этом плане высказался Е. Суханов, считающий, что хозяйствующий субъект, наделенный «не очень понятным для традиционных классических подходов вещным правом, правом оперативного управления или полного хозяйственного ведения... для оборота фигура странная и даже опасная, поскольку здесь в оборот выходит субъект, не имеющий права собственности на свое имущество...»[9]. «Участниками нормальных рыночных отношений всегда являются собственники, самостоятельно распоряжающиеся своим имуществом» [10]

Такая позиция, по мнению В. Бублика, представляется несколько максималистской. В соответствии с действующим гражданским законодательством непосредственными участниками хозяйственного оборота продолжают оставаться не только юридические лица, обладающие собственностью, но и экономические агенты-несобственники (унитарные государственные и муниципальные предприятия). Более того, Гражданский кодекс РФ не закрывает путь в бизнес и тем несобственникам, которые не являются коммерческими организациями (учреждениям, различным фондам и общественным организациям). И дело не в том, что сохранение «в нашем имущественном обороте «предприятий» и «учреждений»-несобственников свидетельствует о его переходном характере, обусловленном, в свою очередь, переходным характером самой экономики, неизбежно, но временно и в модифицированном виде сохраняющей определенные элементы прежней хозяйственной системы», к числу которых относятся названные вещные права, как пишет Е. Суханов.

Тенденции современного экономического и правового развития страны подтверждают, что государство не только не отказывается от своей квоты участников гражданского хозяйственного оборота, но и усиливает собственную экономическую функцию. До тех пор, пока имеется государственная и муниципальная собственность (а она будет существовать, очевидно, все время, пока функционирует государство, изменяться будут лишь объемы этой собственности), с неизбежностью сохранятся и критикуемые сторонниками концепции «нормальных» рыночных отношений вещные права и их носители. Государство как собственник значительной массы имущества, будучи не в состоянии непосредственно хозяйствовать с принадлежащими ему объектами, но и не желая расстаться с ними, объективно будет вынуждено сохранять то, что ныне в ГК РФ названо унитарными предприятиями и учреждениями, даже в условиях, когда рынок в стране станет классически завершенным.

В противном случае можно опять впасть в крайность: если раньше все было до предела огосударствлено и централизовано, то теперь предлагается максимально приватизировать экономику, сведя к минимуму ее государственный сектор.

Как отголоски мнения Е. Суханова можно расценить раздел 4 Концепции реформирования предприятий и иных коммерческих организаций, которая утверждена Постановлением Правительства РФ от 30.10.97 г. № 1773, в котором прямо указывается, что «необходимо поэтапно сокращать применение права хозяйственного ведения по отношению к предприятиям, находящимся в государственной и муниципальной собственности. Дальнейшее существование в российской экономике указанного правового института ведет к замедлению структурной перестройки, необходимой для экономического роста, концентрации промышленного капитала, а также служит препятствием для вертикальной и горизонтальной интеграции предприятий.

В этой связи целесообразно:

  • прекратить создание унитарных предприятий, основанных на праве хозяйственного ведения, а также их реорганизацию путем разделения и выделения, если иное не предусмотрено действующим законодательством;
  • реорганизовать все унитарные предприятия, основанные на праве хозяйственного ведения, путем преобразования их в хозяйственные общества с закреплением в установленном порядке прав участия в уставном капитале таких обществ в собственности Российской Федерации, либо в федеральные казенные предприятия, либо в учреждения».

Тем не менее, право хозяйственного ведения включено законодателем в ГК РФ. Конструкция права хозяйственного ведения, несмотря на все свои недостатки и противоречия, существует и работает. Представляется, что такая ситуация сохранится и в ближайшем обозримом будущем.

 


 

[1] «Вестник ВАС РФ» 1997 г. № 7.

[2] «Российская юстиция» 1997 г. № 1.

[3] Комментарий к первой части ГК РФ под ред. проф.Садикова О.Н., М., «Юринформцентр», 1997 г.

[4] Приложение к информационному письму ВАС РФ от 28 апреля 1997 г. № 13 - «Вестник ВАС РФ», 1997 г. № 7.

[5] «СЗ РФ», 1994 г. № 5

[6] «Вестник ВАС РФ» 1997 г. № 7.

[7] «Вестник ВАС РФ», 1993 г. № 1.

[8] «Ведомости ВС РФ», 1995 г., № 27.

[9] Суханов Е.А. «Гражданский кодекс о юридических лицах «Вестник ВАС РФ», 1995 г. № 6.

[10] Суханов Е.А. «Право хозяйственного ведения и право оперативного управления» «Экономика и жизнь», 1995 г. № 27.

Дью Дилидженс недвижимости, приватизация, сопровождение сделок и инвестиций

Похожие материалы

Юридические услуги
Коллекторские услуги

Екатеринбург
+7 (343) 236-62-67

Москва
+7 (495) 668-07-31

Нижний Новгород
+7 (831) 429-01-27

Новосибирск
+7 (383) 202-21-91

Пермь
+7 (342) 270-01-68

Патентные услуги
Регистрационные услуги      

Политика информационной безопасности