RU   EN

print

*Данный материал старше трёх лет. Вы можете уточнить у автора степень его актуальности.

Интеллектуальная собственность. Новеллы

Дайджест изменений законодательства и судебной практики по интеллектуальной собственности в 2011-2012 гг.

Максим Лабзин, партнер ИНТЕЛЛЕКТ-С, руководитель практики по разрешению споров, связанных с объектами интеллектуальной собственности, представляет самые важные изменения в законодательстве и судебной практике, касающиеся интеллектуальной собственности:

1. Создание суда по интеллектуальным правам

В декабре 2011 года в России было принято несколько законодательных актов, согласно которым не позднее чем 1 февраля 2013 года в стране будет создан и начнет работу первый специализированный арбитражный суд – Суд по интеллектуальным правам.

Нововведение в судебной системе обусловлено тем, что споры в сфере интеллектуальной собственности являются зачастую очень сложными. В частности, суды нередко сталкиваются с проблемой правильного установления конкретных фактов, от которых зависит исход дела: фактов использования изобретения при производстве определенной продукции, степени сходства товарных знаков и др. Кроме того, непросто бывает дать верное толкование закона применительно к конкретному случаю.

Можно ожидать, что Суд по интеллектуальным правам благодаря своей специализации, а также в силу предоставляемых ему широких возможностей по использованию консультаций специалистов в значительной степени уменьшит число судебных ошибок в этой категории дел, а также будет играть значительную роль в формировании единообразной судебной практики.

Суд по интеллектуальным правам будет осуществлять правосудие одновременно как суд двух инстанций.

В качестве суда первой инстанции он будет рассматривать дела об оспаривании нормативных правовых актов в области интеллектуальной собственности, а также споры о предоставлении или прекращении правовой охраны объектов интеллектуальной собственности (за исключением объектов авторского права, смежных прав, топологий интегральных микросхем).

При этом не будет иметь значения, связаны ли эти споры с предпринимательской или иной экономической деятельностью заявителя. Тем самым, практически все споры с Роспатентом теперь отнесены к подведомственности Суда по интеллектуальным правам, а суды общей юрисдикции перестанут их рассматривать.

В качестве суда кассационной (т. е. третьей) инстанции он будет проверять законность и обоснованность судебных актов по делам о нарушении интеллектуальных прав, которые до этого были рассмотрены нижестоящими судами, а также те дела, которые были рассмотрены им в качестве суда первой инстанции.

Следует при этом заметить, что исключена апелляционная инстанция для дел, которые в первой инстанции рассматриваются Судом по интеллектуальным правам.

С момента официального опубликования принятых законов и до начала деятельности Суда по интеллектуальным правам дела о досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков по причине их неиспользования исключаются из компетенции Роспатента и подлежат рассмотрению в Арбитражном суде г. Москвы.

2. Международное соглашение о единых принципах регулирования в сфере охраны и защиты прав интеллектуальной собственности

1 января 2012 года вступило в силу Соглашение о единых принципах регулирования в сфере охраны и защиты прав интеллектуальной собственности, заключенное правительствами Беларуси, Казахстана и России в связи с образованием единого Таможенного союза.

Помимо общих гарантий сотрудничества и минимального уровня правовой охраны интеллектуальной собственности, которые не представляют большого интереса, этим соглашением вводится важная новелла — так называемый региональный принцип исчерпания исключительного права на товарный знак.

Как установлено статьей 13 Соглашения, не является нарушением исключительного права использование товарного знака в отношении товаров, которые были правомерно введены в гражданский оборот на территории другого государства-участника соглашения непосредственно правообладателем или другими лицами с его согласия.

Ранее же под угрозой привлечения к гражданско-правовой ответственности было необходимо получать согласие правообладателя на ввоз товара с охраняемым товарным знаком на территорию государства, даже если это был товар, произведенный самим правообладателем.

3. Прекращение правовой охраны товарного знака в связи с его неиспользованием

Президиум ВАС РФ определил, что лицо может считаться заинтересованным в досрочном прекращении правовой охраны чужого товарного знака по причине его неиспользования правообладателем, даже если это лицо не использует соответствующий товарный знак, а только имеет соответствующие возможности.

Гражданский кодекс РФ позволяет прекращать правовую охрану товарных знаков по причине их неиспользования в течение трех лет. Право заявлять такое требование закон предоставляет только заинтересованному лицу. Как правило, эта норма используется бизнесом для того, чтобы аннулировать регистрацию чужого товарного знака, который мешает зарегистрировать свой товарный знак.

Роспатент всегда считал, что лицо, которое желает воспользоваться данным механизмом, должно не просто иметь заявку на регистрацию своего товарного знака, но должно также доказать реальные факты его использования или же приготовлений к этому.

Президиум ВАС РФ в деле №А40-77602/09-15-252 сломал эту практику, когда пришёл к выводу, что производство заявителем товаров такого же рода, для которых зарегистрирован аннулируемый товарный знак, а также наличие у заявителя собственной заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака свидетельствуют о его законной заинтересованности вне зависимости от того, применяет ли он фактически это обозначение и сделал ли он приготовления к этому.

4. Доменное имя и право на товарный знак

Доменное имя интернет-сайта, которое не используется его владельцем, может считаться нарушением исключительного права на товарный знак.

18 мая 2011 года Президиум ВАС РФ принял прецедентное решение по спору между владельцем товарного знака и владельцем доменного имени. Последний до вынесения судебных актов судами первой, апелляционной и кассационной инстанций никак не использовал своё доменное имя, т.е. не размещал никакой информации на сайте, а к моменту рассмотрения дела в ВАС РФ разместил на нем информацию некоммерческого характера, не связанную с деятельностью правообладателя. При этом владелец доменного имени не являлся индивидуальным предпринимателем.

Правообладатель ссылался на то, что он не может в полной мере реализовать свое право на товарный знак, так как соответствующий ему домен занят. Кроме того, он говорил о том, что владелец домена получит за счет известности товарного знака дополнительных посетителей на свой сайт.

Президиум ВАС РФ признал нарушение прав на товарный знак, впервые применив подход, согласно которому подлежит тщательному исследованию вопрос о том, имеется ли у владельца доменного имени какой-либо законный интерес в использовании именно такого домена. А поскольку в этом деле такого интереса обнаружено не было, то нарушение было признано.

Этот прецедент как по спорам относительно доменных имен, так и по другим спорам о защите прав на товарный знак, в значительной степени нивелирует значение такого фактора, как однородность товаров (услуг) сторон спора. Судебная практика становится всё более гибкой и всё более ориентированной на то, чтобы решать споры не формально, а по усматриваемой судьями справедливости и на основании принципов добросовестности, разумности и осмотрительности.

5. Охрана в России международных товарных знаков

При первоначальной публикации международного товарного знака предметом такой публикации являются сведения о притязаниях заявителя, а не сообщение об уже возникшем исключительном праве.

Именно такой смысл можно увидеть в Постановлении Президиума ВАС РФ по делу №А40-81624/09-26-638, где выяснялся вопрос о том, пропустил ли заявитель срок для оспаривания в России правовой охраны международного товарного знака.

Ранее вопрос о том, с какого момента возникает правовая охрана международного товарного знака и с какого момента начинают течь разнообразные сроки (сроки оспаривания, сроки использования и т. п.), был крайне запутанным.

Отныне следует исходить из того, что правовая охрана международного товарного знака на территории России возникает не в момент внесения его в международный реестр или публикации в международном бюллетене, а с даты окончания экспертизы по товарному знаку в Роспатенте. Такую позицию следует поддержать, поскольку она решает проблему с недопустимой неопределенностью в вопросе о том, есть ли все-таки право или нет, возникнет оно или Роспатент откажет в регистрации.

6. Налогообложение операций с интеллектуальной собственностью

Лицензионные и сублицензионные договоры могут эффективно использоваться для оптимизации налогообложения.

14 июня 2011 года Президиум ВАС РФ принял важное для судебной практики решение, касающееся налогообложения операций с интеллектуальной собственностью (дело №А40-154999/09-108-1176).

Российская компания «САБМиллер РУС» заключила с иностранными правообладателями лицензионные договоры о предоставлении ей исключительной лицензии на использование в России известных товарных знаков на условии выплаты роялти от продажи пива, маркированного этими знаками.

Затем «САБМиллер РУС», не имея собственных производственных мощностей, вступила в договорные отношения с пивоваренной компанией, в рамках которых последняя производила пиво под этими товарными знаками и передавала его «САБМиллер РУС».

Спорность всей ситуации состояла в том, что эти отношения с пивоваренной компанией были оформлены сразу двумя договорами совершенно различной правовой природы: во-первых, договором поставки товаров, а во-вторых, сублицензионным договором.

При этом по договору поставки пивоваренная компания была обязана передавать всю производимую продукцию только «САБМиллер РУС» по соответствующим ценам. А по сублицензионному договору она выплачивала «САБМиллер РУС» лицензионное вознаграждение за использование товарных знаков для маркировки своей продукции.

При заполнении налоговой декларации и исчислении налога на прибыль «САБМиллер РУС» учла в качестве своих расходов сумму роялти, выплаченную иностранным правообладателям. Налоговая же инспекция посчитала, что тем самым «САБМиллер РУС» получала необоснованную налоговую выгоду в виде уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль, и соответствующим образом пересчитала сумму налога. По мнению инспекции, расходы «САБМиллер РУС» на уплату роялти являются экономически неоправданными, так как не связаны с деятельностью, направленной на получение дохода, и понесены «САБМиллер РУС» в интересах иного юридического лица — пивоваренной компании.

Суды первой и апелляционной инстанций с этим не согласились, но суд кассационной инстанции позицию налоговой инспекции поддержал.

Действительно, вызывает сомнения, что, продавая полученное от пивоваренной компании пиво, «САБМиллер РУС» реализовывала свои права по лицензионным договорам. Дело в том, что если пиво было ей до этого продано пивоваренной компанией, то права на товарный знак исчерпались, и для дальнейшей продажи пива лицензионный договор «САБМиллер РУС» уже не нужен. Следовательно, лицензионное вознаграждение по лицензионным договорам вряд ли может считаться связанным с этой деятельностью по продаже пива и с доходами от неё.

Также нельзя не отметить, что пивоваренная компания при уплате лицензионного вознаграждения фирме «САБМиллер РУС» фактически возвращала ей часть денег, полученных по договору поставки произведенного пива, что тоже свидетельствует о большой спорности всей схемы.

Между тем, Президиум ВАС РФ посмотрел на ситуацию более широко. Он оценил те возможности по продвижению продукции, которые получила фирма «САБМиллер РУС» по исключительной лицензии от иностранных правообладателей, увязал их с организацией производства пива на пивоваренной компании и с дальнейшей его продажей, в результате чего фактически признал правомерность этой схемы с точки зрения налогового права.

Таким образом, право на товарный знак все больше рассматривается как инструмент, позволяющий окупить инвестиции и обеспечить соответствующие финансовые потоки.

7. Компенсация за нарушение исключительного права

Расчет суммы компенсации за нарушение исключительного права не может осуществляться на основании стоимости продукции правообладателя.

Норма статьи 1301 ГК РФ о возможности требовать с нарушителя компенсацию в двухкратном размере стоимости экземпляров произведения сформулирована таким образом, что содержит нерешенный вопрос: стоимость каких экземпляров имеется в виду – контрафактных (т. е. произведенных нарушителем) или правомерно выпущенных самим правообладателем.

Возвращая дело №А40-99593/09-110-659 на новое рассмотрение, Президиум ВАС РФ выразил своё несогласие с тем, что суды определили компенсацию по стоимости экземпляров правообладателя (истца по делу).

Здесь следует отметить, что экземпляры правообладателя являлись эксклюзивными изданиями с очень высокой стоимостью. А умножалась она истцом и судами на двойное количество экземпляров ответчика. В результате такого исчисления получилась сумма компенсации в размере более 7 млрд рублей.

Во время судебного заседания Председатель Президиума ВАС РФ А.А. Иванов прямо спросил у представителя истца:

«Почему Вы берете стоимость своих экземпляров, а умножаете их на количество экземпляров ответчика? Где гарантии, что Вы смогли бы продать такое количество по своей цене?»

8. Ответственность провайдеров за нарушение авторских прав в сети Интернет

Привлечению к ответственности подлежат лишь те провайдеры, которые так или иначе самоустраняются от решения проблемы нарушения авторских прав в сети Интернет и игнорируют исключительные права.

Самым последним заметным прецедентом, который задает правила разрешения дел об ответственности провайдеров интернет-услуг, стало судебное дело по иску ООО «Топ 7» к ЗАО «Софткей» и другим лицам, рассмотренное в ноябре 2011 года Президиумом ВАС РФ (дело №А40-75669/08-110-609).

Суть спора в той части, в которой его рассматривал ВАС РФ, заключалась в том, что обладатель авторских прав на фотографии пытался взыскать компенсацию в том числе и с владельца файлообменного ресурса, на котором неустановленным пользователем незаконно был размещен для дальнейшей передачи печатный продукт (путеводитель). В результате были нарушены исключительные права истца на фотографии, содержащиеся в путеводителе. Суды всех трех инстанций такие требования удовлетворили, несмотря на возражения ответчика, который говорил, что он не может нести ответственность за передаваемую информацию, поскольку не инициирует её передачу, не выбирает получателя информации, не влияет на ее целостность и не был уведомлен правообладателем о нарушении его исключительных прав.

Это заставило Президиум ВАС РФ вернуться к своей правовой позиции, высказанной в деле по иску к ЗАО «Мастерхост», и указать дополнительные критерии определения ответственности провайдера интернет-услуг:

«При рассмотрении аналогичных дел судам необходимо проверять:

  • получил ли провайдер прибыль от деятельности, связанной с использованием исключительных прав других субъектов, которую осуществляли лица, пользующиеся услугами этого провайдера;
  • установлены ли ограничения объема размещаемой информации, ее доступности для неопределенного круга пользователей, наличие в пользовательском соглашении обязанности пользователя по соблюдению законодательства Российской Федерации при размещении контента и безусловного права провайдера удалить незаконно размещенный контент;
  • отсутствие технологических условий (программ), способствующих нарушению исключительных прав, а также наличие специальных эффективных программ, позволяющих предупредить, отследить или удалить размещенные контрафактные произведения».

Кроме того, Президиум ВАС РФ указал, что «судам следует оценивать действия провайдера по удалению, блокированию спорного контента или доступа нарушителя к сайту при получении извещения правообладателя о факте нарушения исключительных прав, а также в случае иной возможности узнать (в том числе из широкого обсуждения в средствах массовой информации) об использовании его интернет-ресурса с нарушением исключительных прав других лиц. При отсутствии со стороны провайдера в течение разумного срока действий по пресечению таких нарушений либо в случае его пассивного поведения, демонстративного и публичного отстранения от содержания контента суд может признать наличие вины провайдера в допущенном правонарушении и привлечь его к ответственности.

Учитывая современное развитие сети Интернет, такая правовая позиция может быть применена и при привлечении к ответственности владельцев социальных и файлообменных интернет-ресурсов».

Таким образом, в настоящее время привлечению к ответственности подлежат лишь те провайдеры, которые так или иначе самоустраняются от решения проблемы нарушения авторских прав в сети Интернет и игнорируют исключительные права. Факт того, имело ли место именно такое поведение провайдера, необходимо устанавливать на основании вышеуказанных критериев в их совокупности. Четких и однозначных правил пока не выработано.

При этом если у провайдера имелись очевидные возможности установить, что его интернет-ресурс используется для нарушения авторских прав, то он может быть привлечен к ответственности и без уведомления об этом факте со стороны правообладателя.

Статья опубликована в журнале "ИНТЕЛЛЕКТ-ПРЕСС", №19/2012

авторское право, деловая репутация, доменные споры, интеллектуальная собственность, коммерческая тайна, конкуренция, медиа, международные товарные знаки, международный патент, патенты, программное обеспечение, реклама, специальные отраслевые предложения, споры по интеллектуальной собственности, товарные знаки, франчайзинг, юруслуги IT-компаниям, юруслуги издательскому бизнесу

Похожие материалы

Юридические услуги, разрешение споров, патентные услуги, регистрация товарных знаков, помощь адвокатаюридическое сопровождение банкротства, услуги арбитражного управляющего, регистрационные услуги для бизнеса


Екатеринбург
+7 (343) 236-62-67

Москва
+7 (495) 668-07-31

Нижний Новгород
+7 (831) 429-01-27

Новосибирск
+7 (383) 202-21-91

Пермь
+7 (342) 270-01-68

Челябинск
+7 (351) 202-13-40


Политика информационной безопасности