RU   EN

print

Банкротство: новый подход к старым проблемам

«Закон о банкротстве физлиц» вызвал самые разные толкования его применения от всепрощения долгов заемщика до полной реализации его имущества

13.11.2015 | Континет-Сибирь 

Вместе с экспертами в области финансов и права «КС» разбирался, как обстоит ситуация на самом деле.

Тучные годы — краткий период конца первого и начала второго десятилетий двухтысячых — быстро сгладили в памяти россиян воспоминания о предшествующем кризисе. А активная маркетинговая политика банков, предлагавших все новые и новые формы кредитования населения, способствовала взращиванию кредитной модели потребления. Кредиты наличными, овердрафты, кредитные карты, автокредитование, ипотека — возможностей жить на заемные средства, без длительного накопления было более чем достаточно. Банки соревновались в росте розничного кредитного портфеля, внедряя новые и совершенствуя традиционные продукты, уделяя особое внимание технологиям продаж. Неудивительно, что закредитованность граждан России неуклонно возрастала, при этом риски находились на вполне приемлемом уровне.

Однако, как показали дальнейшие события, столь старательно выстроенная система розничного кредитования оказалась абсолютно неустойчивой перед лицом современных вызовов. Падение производства практически во всех сферах, равно как и сокращение государственных доходов, привело к значительному снижению уровня жизни подавляющей доли населения РФ, при этом для большого числа заемщиков регулярные выплаты по ранее взятым кредитам оказались невозможными. Президент «Секвойя Кредит Консолидейшн» Елена Докучаева отмечает, что основная причина резкого ухудшения платежеспособности заемщиков связана с общей закредитованностью населения — если в предыдущий кризис на одного заемщика приходилось не более 1–1,1 кредита, то в 2015 году этот показатель составляет около 2.

В отличие от кризиса 2008–2009 годов, в который страна вошла на ранней стадии развития розничного кредитования со сравнительно небольшим кредитным портфелем, современные проблемы наложились на существенно большую задолженность российских заемщиков, так что невозвратные кредиты имеют все шансы стать одной из серьезнейших проблем отечественной банковской системы. Елена Докучаева подтверждает: в кризисный 2009 год ситуация была отличная от текущей — кредитование физических лиц не носило такого массового характера, что позволило выйти из кризиса с минимальными потерями.

По информации, предоставленной «КС» «Секвойя Кредит Консолидейшн», на сегодня уже каждый 4-й заемщик имеет проблемный кредит, взятый наличными, каждый 6-й — по кредитной карте, каждый 10-й — в сегменте автокредитования, каждый 25-й — по ипотеке. Из-за снижения кредитного портфеля при активном росте просроченной задолженности в 2015 году резко выросла доля просроченной задолженности от общего объема кредитования — на 1 ноября 2015 года она составила 8,09% — рекордный показатель начиная с 2008 года, то есть за последние 8 лет развития рынка кредитования. В сравнении с началом года просрочка выросла на 37,11%, с аналогичным периодом прошлого года — на 39,72%.

На этом фоне введение с 1 октября 2015 года в действие так называемого «Закона о банкротстве физических лиц» призвано внедрить цивилизованный механизм разрешения конфликта между кредиторами (в том числе банками) и неплатежеспособными заемщиками. Это закон появился не одномоментно — он создан на основе действующего с 2002 года Федерального закона 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в который двумя последующими законами № 476-ФЗ от 29.12.2014 и № 154-ФЗ от 29.06.2015 внесены корректировки и дополнения, давшие возможность на практике применять процедуру банкротства к физическим лицам — гражданам России.

В результате сформировалась современная законодательная база, определяющая процедуру банкротства граждан, основными постулатами которой являются:

  • банкротство физического лица возможно при сумме требований кредиторов, неисполняемых в течение трех месяцев, превышающей 500 тысяч рублей;
  • обязательно внешнее управление процедурой банкротства путем привлечения финансового управляющего;
  • кредиторы имеют возможность оспаривания сделок, совершенных должником незадолго до процедуры банкротства.

Анализируя качество итогового закона, вице-президент, директор департамента проблемных активов ВТБ24 Александр Пахомов видит сильные стороны процедуры банкротства в возможностях кредиторов оспаривать недобросовестные сделки должников, совершенные в преддверии банкротства, устанавливать свои правила по реализации предметов залога, а также в легитимной экономической заинтересованности финансового управляющего в удовлетворении требований кредиторов. Однако он отмечает и ряд спорных норм в текущей редакции закона, которые, на его взгляд, нуждаются в дополнительной оценке. Так, банкир считает не соответствующей интересам обеих сторон (граждане-должники, кредиторы) зафиксированной в законе обязанности гражданина подать заявление о своем банкротстве в случае трехмесячной просрочки по долгам, превышающим 500 тыс. рублей.

«Неплатежеспособность гражданина обычно вызвана потерей работы и носит временный характер. По статистике, чтобы найти новую работу, гражданину в среднем требуется до шести месяцев. Получается, что гражданин в этот период будет вынужден (в силу указания закона) подать на банкротство и получить «черную метку» в кредитной истории, хотя затем его платежеспособность будет восстановлена. И кредиторам, и должникам была бы удобнее более гибкая модель — замена обязанности должника на право», — обосновывает свою точку зрения вице-президент банка ВТБ24.

А по мнению управляющего филиалом «Муниципальный» (г. Новосибирск) банка «Открытие» Сергея Сутормина, оценивать эффективность закона о банкротстве физических лиц пока преждевременно: в настоящее время он работает больше в тестовом режиме — этому способствуют и низкий уровень информированности граждан о преимуществах и рисках нового закона, и отсутствие правовой практики у судебных органов, и ожидание эффекта от уже поданных исков. Банкир считает, что скромная статистика обращений заемщиков это только подтверждает: согласно имеющимся данным, за два с половиной месяца действия закона по всей стране подано чуть больше 2 тысяч исков, так что граждане пока не спешат «примерять» на себя роль банкрота, занимают выжидательную позицию, чтобы проанализировать первые итоги работы закона на практике.

Банкрот — не приговор, но и не панацея

Что же принесет новый закон российским заемщикам, какие новые, ранее не существовавшие возможности откроет процедура банкротства для тех, кому по разным причинам стало невмоготу обслуживать свои долги? Вряд ли неплательщики по банковским кредитам могут рассчитывать на существенные послабления, скорее можно надеяться на то, что процедура взыскания задолженности в рамках банкротства будет проходить по четко установленным правилам под руководством финансового управляющего. При этом возможны различные формы процедур, применяемых в деле о банкротстве, — реструктуризация долгов гражданина, реализация его имущества, мировое соглашение.

Начальник отдела правового обеспечения Банка «Левобережный» Ольга Бойцова объясняет, что реструктуризация долгов проводится с целью восстановления платежеспособности человека, и на этом этапе гражданин и кредитор составляют план погашения задолженности, в котором указывают, в какие сроки и за счет какого имущества будут погашаться долги. Если суд утвердил план реструктуризации, гражданин не признается банкротом, а выплачивает долги по плану, говорит юрист.

«Кроме того, в качестве альтернативы банкротству должник и кредиторы могут заключить мировое соглашение, однако суд утвердит его только после погашения задолженности по требованиям кредиторов первой и второй очереди», — продолжает эксперт в области права. По ее словам, мировое соглашение является основанием для прекращения производства по делу о банкротстве, но если человек все-таки признан банкротом, то начинается процедура реализации имущества должника: все его имущество в течение шести месяцев распродается, а полученные деньги идут в уплату долгов кредиторам.

Справедливости ради надо отметить, что новый закон не внес изменений в перечень имущества, на которое не может быть обращено взыскание при его реализации. Гражданский кодекс, как и прежде, стоит на страже единственного жилья (кроме являющегося предметом ипотеки), а также части жизненно необходимой собственности должника.

Александр Пахомов знает, что банкротство заемщика не приведет к простому аннулированию долгов, и ответственности с должников никто не снимет. Эксперт рассказал «КС», что в рамках процедуры банкротства арбитражным управляющим под контролем кредиторов и суда проводится «инвентаризация» всего имущества должника, включение его в конкурсную массу и реализация для удовлетворения требований кредиторов, в том числе подлежит реализации и предмет ипотеки, приобретенный на кредитные средства. «И только после этого неисполненные должником обязательства могут считаться погашенными, но при этом запись о банкротстве должника поступает в бюро кредитных историй, и он лишается права обращаться за кредитом в течение следующих пяти лет», — уточнил топ-менеджер банка.

Ольга Бойцова подтверждает, что если гражданин признан банкротом, то в течение пяти лет он не сможет заключать кредитные договоры или договоры займа, не указывая факт своего банкротства, и далее добавляет: в течение пяти лет банкрот не сможет самостоятельно инициировать процедуру банкротства, в течение трех лет не сможет занимать должности в органах управления юридического лица, а суд вправе вынести определение о временном ограничении его права на выезд из РФ.

По результатам опросов только треть из тех, кто знает о законе, считают, что он облегчит жизнь несостоятельных должников, рассказывает Сергей Сутормин. Он приводит количественную оценку: часть заемщиков (18%) и вовсе убеждена, что вход в банкротство еще больше усугубит их положение — в этом есть доля истины, учитывая ограничения, которые накладывает закон на последующие взаимоотношения граждан-банкротов с кредитными организациями.

Кредитору банкротство в помощь

Не много нового принесет закон о банкротстве и кредиторам, основную массу которых составляют российские банки. За многие годы работы на рынке розничного кредитования банкиры выработали свои технологии взаимодействия с неплательшщиками по кредитам, и вряд ли финансовый управляющий сможет достичь существенно лучших результатов. С этим соглашается Ольга Бойцова, которая считает процедуры банкротства частью обычной практики работы с заемщиками, не исполняющими свои кредитные обязательства.

Однако не исключено, что работа по взысканию задолженностей в рамках банкротства станет более целесообразной с точки зрения сумм затрат на рубль взысканных средств, ведь сегодня банки содержат немалый штат специалистов по возврату задолженностей, а часть просроченного портфеля с дисконтом перепродают коллекторским агентствам. Сергей Сутормин считает, что кредитные организации не заинтересованы в банкротстве мелких заемщиков, так как затраты могут превысить экономический эффект от возврата кредита, и передача их долга коллекторским агентствам имеет больше преимуществ.

Не исключен и положительный психологический момент — финансовый управляющий представляется должнику представителем закона, который по справедливости сможет разрешить возникшую ситуацию и найти оптимальный выход из нее.

Александр Пахомов видит ряд преимуществ, которые имеет процедура банкротства с точки зрения кредиторов. Это, по его мнению, во-первых, возможность оспаривания недобросовестных сделок должника, совершенных в преддверии банкротства. Во-вторых, подконтрольность расходных операций должника финансовому управляющему, арбитражному суду и косвенно — кредиторам. В-третьих, формирование кредитором-залогодержателем своих правил по реализации предмета залога. В-четвертых, продуманная система торгов по реализации конкурсной массы, в т. ч. возможность проведения торгов на понижение. В-пятых, экономическая заинтересованность финансового управляющего в максимально полном удовлетворении требований кредиторов.

Однако банкир все же признает: банкротство в отношении задолженности физических лиц — это новая форма взыскания; она пока непривычна и где-то не до конца отлажена. При этом у банка есть собственные критерии для инициирования банкротства должников — это потенциальная платежеспособность клиента и его лояльность к банку. «Иными словами, если мы понимаем, что клиент может расплатиться с долгами, но не делает этого, мы рассматриваем такого клиента как «кандидата на банкротство», — говорит директор департамента проблемных активов ВТБ24.

Елена Докучаева подробно остановилась на вопросе фиктивного банкротства заемщиков. По ее словам, существует риск того, что возможностью признать себя банкротом смогут воспользоваться в первую очередь недобросовестные заемщики: не те, кто действительно оказался в трудной финансовой ситуации, которым нужна помощь, а банковские мошенники, распродавшие и переписавшие на друзей и родственников до 1 июля свое имущество, и в такой ситуации кредитору будет сложно отстоять свои права и вернуть задолженность. Однако, уверена эксперт, на текущий момент арбитражные суды выработали позитивную практику, позволяющую бороться с недобросовестными должниками — юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями путем оспаривания состоявшихся сделок по выводу активов, и можно полагать, что данные механизмы будут применяться и судами общей юрисдикции по делам о признании гражданина банкротом.

Перспективу применения закона о банкротстве оценил Сергей Сутормин, используя предварительную оценку Банка России: воспользоваться законным правом признать себя банкротом потенциально могут 400–500 тысяч граждан, а в условиях сохраняющейся экономической нестабильности еще больше. Поэтому вступление в действие нового закона с 1 октября 2015 года оказалось более чем своевременным, заключил топ-менеджер банка.

Наш комментарий:

Анна Шумская, ИНТЕЛЛЕКТ-С, специально для портала « Континент-Сибирь»:

По юридическим лицам было подано 86 заявлений, а по гражданам — 150.

Первые потенциальные банкроты

Примечательно, что одно из первых в России заявлений о банкротстве физлица от компании-кредитора было зарегистрировано в арбитражном суде Томской области. Истцом выступало ООО «Продукты Алтая», ответчиками — сразу три физлица: Александр Ларионов, Вячеслав Дудкин и Виктор Сафонкин.

По словам директора новосибирского офиса, партнера Группы правовых компаний ИНТЕЛЛЕКТ-С Анны Шумской, на сегодня лидером по поданным заявлениям о признании гражданина банкротом выступает арбитражный суд Алтайского края. Так, «КС» уже писал о рассмотрении заявления Сбербанка о признании банкротом главы ОАО «Ключевской элеватор» и депутата АКЗС Юрия Титова.

Что касается Новосибирской области, то, по данным ИНТЕЛЛЕКТ-С, в областной арбитражный суд за период с 1 октября по 1 ноября 2015 года в общей совокупности было подано 2811 заявлений, из них 236 заявлений — о признании должников банкротами. Из этих 236 заявлений 150 были заявлениями о признании банкротами граждан. То есть по юридическим лицам было подано 86 заявлений, а по гражданам — 150. «Это свидетельствует о наличии интереса к механизму, предоставленному законодателем. Но не стоит исключать и того факта, что с течением времени, с узнаванием подробностей осуществления процедур, обязанностей, которые они налагают, последствий, которые они порождают, этот поток несколько иссякнет и сравняется с количеством дел по банкротству компаний», — поясняет Анна Шумская.

Пожалуй, самым громким делом можно считать процесс против главы Новосибирского государственного академического театра оперы и балета Владимира Кехмана, заявление о банкротстве которого 1 октября подал в арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области Сбербанк. По данным «Ведомостей», сумма задолженности Кехмана — более 4,5 млрд рублей. Сам Кехман отметил изданию, что Решение Сбербанка он приветствует. «Надеюсь, что и остальные банки-кредиторы присоединятся к этому иску. Остается сожалеть только о том, что этого не произошло раньше. Аналогичное решение суд в Лондоне принял в отношении меня три года назад», — заявил «Ведомостям» Кехман.

Говоря о текущей ситуации по рассмотрению исков о банкротстве физлиц, юристы отмечают, что по состоянию на 11 ноября 2015 года огромное количество заявлений приостановлено в связи с тем, что заявитель (будь то должник, кредитор или уполномоченный орган) не прикладывают к заявлению полного комплекта документов, которые указаны в п. 3 ст. 213.4 главы 10 «Закона о банкротстве». Те из заявлений, по которым были сформированы полные пакеты необходимых документов, приняты судами к производству, и по ним проходят заседания, в ходе которых арбитражными судами проверяется их обоснованность. «В настоящий момент мне известны дела, по которым уже введена процедура реструктуризации задолженности гражданина с утверждением кандидатуры финансового управляющего сроком до полугода, а также дела, по которым указанная процедура пропущена ввиду отсутствия у должника имущества и доходов, позволяющих ему каким-либо образом реструктурировать свою задолженность», — рассказывает Анна Шумская.

По ее словам, поскольку с момента вступления закона в силу прошло менее полутора месяцев, решений о завершении процедуры и о списании либо несписании задолженности того или иного гражданина перед кредиторами нет и быть не может. Это связано с тем, что процедура банкротства гражданина, как и процедура банкротства юридического лица, занимает достаточно длительный срок и не может быть полностью завершена в течение двух месяцев. Один только срок, в течение которого кредиторы имеют право подать заявления о включении своих требований в реестр требований кредиторов, составляет 2 месяца. «Этот срок начинает исчисляться с момента введения процедур реализации имущества гражданина и публикации в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве на портале bankrot.fedresurs.ru/. Таким образом, в 100% случаев этот срок еще не истек, и следовательно, на сегодняшний день кредиторы всей страны все еще заявляют свои требования к гражданам, которых признали банкротами», — резюмирует юрист.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Елена Докучаева,
президент «СЕКВОЙЯ КРЕДИТ КОНСОЛИДЕЙШН»:

— В сложившейся макроэкономической ситуации, когда объем просроченной задолженности с начала года вырос на 28,74%, когда каждый пятый кредит является проблемным, вступление закона «О несостоятельности (банкротстве)» является как никогда актуальным и нужным. Закон заработал с 1 октября 2015 года (хотя при принятии обсуждались более поздние сроки), исходя из официальной формулировки правительства «для снижения социальной напряженности в связи со сложной ситуацией в стране».

На мой взгляд, закон был нужным, однако польза от него могла бы быть выше, если бы закон предусматривал еще один важный момент: меры профилактики повторения процедуры несостоятельности заемщиком. Например, во многих зарубежных странах суд направляет должника на принудительное повышение финансовой грамотности. Вполне возможно, что в России в условиях низкой финансовой грамотности населения такие образовательные курсы могли бы помочь многим заемщикам в будущем избежать подобных ошибок.

По разным оценкам, после вступления закона о банкротстве физических лиц в силу до конца года банкротами могут себя объявить от 100 тысяч до 2 млн заемщиков. По нашим прогнозам, их будет не более 100 тысяч, то есть всего 1,75% от общего числа должников, так как банкротство — это все-таки крайняя мера, которая несет за собой определенные последствия. Можно предположить, что большая часть банкротств придется на такие сегменты, как потребительский кредит и ипотека, регионами лидерами станут Москва и Московская область, а также ряд других крупных городов (Санкт-Петербург, Краснодар, Новосибирск).

Несмотря на некоторые недоработки, вступление закона «О несостоятельности (банкротстве)» обещает стать важным шагом вперед в формировании финансово-кредитного рынка России.

банкротство

Похожие материалы

Юридические услуги, разрешение споров, патентные услуги, регистрация товарных знаков, помощь адвокатаюридическое сопровождение банкротства, услуги арбитражного управляющего, регистрационные услуги для бизнеса


Екатеринбург
+7 (343) 236-62-67

Москва
+7 (495) 668-07-31

Нижний Новгород
+7 (831) 429-01-27

Новосибирск
+7 (383) 202-21-91

Пермь
+7 (342) 270-01-68

Челябинск
+7 (351) 202-13-40


Политика информационной безопасности